ПравообладателямТворчество и судьба историка: Борис Александрович Романов, Панеях Виктор
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Панеях Виктор Моисеевич djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В книге освещен жизненный и творческий путь выдающегося историка Б. А. Романова (1889—1957). Получив профессиональное образование в дореволюционном Петербургском университете как специалист по истории древней Руси, Б. А. Романов после Октябрьской революции стал активно разрабатывать проблемы внешней и внутренней политики России конца XIX—начала XX в. Он оставил глубокий след в историографии. Его перу принадлежит монография «Россия в Маньчжурии» (1928), «Люди и нравы древней Руси» (1947), «Очерки дипломатической истории русско-японской войны» (1947, 1955), комментарии к «Правде Русской» (1940, 1947). «Судебнику 1550 г.» (1952), ряд статей и публикаций источников. Работы Б. А. Романова основываются на блестящей источниковедческой технике, отличаются новаторством, отточенным литературным стилем, парадоксальностью, оригинальностью. Он опережал свое время, в котором ему приходилось жить и творить (20—50-е годы), — время идеологического гнета, принудительного единомыслия, проработок и репрессий. Б. А. Романов разделил участь многих представителей петербургской исторической школы, был репрессирован в 1930 г. по так называемому Академическому делу 1929—1931 гг., отбывал срок заключения на строительстве Беломоро-Балтийского канала, подвергался высылке на 101-й км, гонениям и проработкам, он постоянно ощущал себя аутсайдером советской исторической науки. Б. А. Романов в период недолгого преподавания в Ленинградском универ-ситете (1944—1953 гг.) создал свою школу, воспитал замечательных историков.

DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М.
Страница 386. Читать онлайн

Но «ухищрения человеческого мозга», о которых он писал, не сводятся только лишь к рациональному анализу. Первичным толчком к нему всегда служит интуиция, являющаяся мощным инструментом научного творчества. У Б. А. Романова это, вероятно, врожденное свойство ума было развито исключительно сильно. Сам он называл его чутьем, «историческим чутьем», ощущением, «чувством». Роль этого побудительного толчка к последующему анализу в творчестве Б. А. Романова была отмечена впервые С. Н. Валком, который в еще студенческой его статье отметил самопризнание автора: «...началась ero работа с того, что ему „чувствовалось <...> неприемлемым" обычное в литературе мнение о двух смыслах термина „смерд" (широком и узком) и что теперь произведенное им исследование „позволило несколько обосновать это ощущение"»." Так и во всем дальнейшем творчестве интуитивные прозрения Б. А. Романов всегда проверял строгим источниковедческим анализом, стройной логикой аргументов, что позволяло ему подтверждать либо отвергать первоначальные чувственные восприятия. Впрочем, как правило, интуищия не изменяла ему и являлась своеобразным лучом прожектора, направляющим исследовательский поиск ученого.

Этот поиск был устремлен на то, чтобы, комбинируя цели, методы и приемы анализа источников, предложить читателю новое их прочтение и на этой основе глубже проникнуть в толщу жизни людей прошлого или их социальных групп, понять движущие силы их деятельности, поступков, выявить механизм социальных, политических или экономических процессов.

Глубокое понимание природы источников, соотношения между ними и историческими фактами позволяло Б. А. Романову прибегать не только к апробированным в исторической литературе методам и приемам их анализа, но всякий раз изыскивать новые, либо только и применимые к отдельным их видам, либо носящие универсальный характер.

Даже следуя за А. А. Шахматовым, А. Е. Пресняковым и М. Д. Приселковым в работе над литературными текстами (летописями) в новаторской книге «Люди и нравы древней Руси», он внес новое содержание в способы их интерпретации. Б. А. Романов, «применяя к ним метод литературного анализа», рассматривал летописное повествование «не как счастливо сохранившееся подобие „газетной" (хотя и бедной) хроники, а как литературное произведение данной исторической секунды, отразившее прежде всего эту секунду с ее злобами дня, полемиками и борениями, — трактуя автора лето-

заз

Обложка.
DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М. Страница 386. Читать онлайн