ПравообладателямТворчество и судьба историка: Борис Александрович Романов, Панеях Виктор
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Панеях Виктор Моисеевич djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В книге освещен жизненный и творческий путь выдающегося историка Б. А. Романова (1889—1957). Получив профессиональное образование в дореволюционном Петербургском университете как специалист по истории древней Руси, Б. А. Романов после Октябрьской революции стал активно разрабатывать проблемы внешней и внутренней политики России конца XIX—начала XX в. Он оставил глубокий след в историографии. Его перу принадлежит монография «Россия в Маньчжурии» (1928), «Люди и нравы древней Руси» (1947), «Очерки дипломатической истории русско-японской войны» (1947, 1955), комментарии к «Правде Русской» (1940, 1947). «Судебнику 1550 г.» (1952), ряд статей и публикаций источников. Работы Б. А. Романова основываются на блестящей источниковедческой технике, отличаются новаторством, отточенным литературным стилем, парадоксальностью, оригинальностью. Он опережал свое время, в котором ему приходилось жить и творить (20—50-е годы), — время идеологического гнета, принудительного единомыслия, проработок и репрессий. Б. А. Романов разделил участь многих представителей петербургской исторической школы, был репрессирован в 1930 г. по так называемому Академическому делу 1929—1931 гг., отбывал срок заключения на строительстве Беломоро-Балтийского канала, подвергался высылке на 101-й км, гонениям и проработкам, он постоянно ощущал себя аутсайдером советской исторической науки. Б. А. Романов в период недолгого преподавания в Ленинградском универ-ситете (1944—1953 гг.) создал свою школу, воспитал замечательных историков.

DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М.
Страница 383. Читать онлайн

с которым» обнаруживаются «и уверенность, и настороженность, и чутье, и зоркость глаза», «в совокупности образуют то, что можно назвать настоящим исследовательским мастерством»,' — был убежден Б. А. Романов.

К вопросу о «зоркости исследовательского глаза, исследовательской находчивости, сдержанности в выводах при анализе источников», необходимости «выворачивания наизнанку уже использованных (ранее. — В. П.) источников <...> с целью — до отказа отжать любой источник и не упустить мелочей, пригодных для исследования изучаемых явлений», «дискурсивного пути» изложения, что дает «возможность ясно видеть все машинное отделение <...> исследовательской лаборатории» автора, он возвращался не один раз. Б. А. Романов считал, что не может быть предела «ухищрениям человеческого мозга» и «усилиям <...> рабочего аппарата» историка с целью «высосать из источника все без остатка». Именно и только для этого, согласно ero убеждению, на пути решения возникающих источниковедческих задач следует прибегать к инструментарию, каким являются вспомогательные исторические дисциплины. Но Б. А. Романов решительно расходился с А. С. Лаппо-Данилевским и ero учениками, придававшими им самодовлеющее значение. Недаром один из них, С. Н. Валх, особо подчеркнул, что для Б. А. Романова «дипломатика являлась в точном смысле этого слова вспомогательною к историческому исследованию дисциплиной», играющей именно и только «служебную» роль «для собственно исторического исследования».' Иной подход к служебным дисциплинам Б. А. Романов воспринимал как оторванный от жизни бесплодный формализм. В этом контексте представляет интерес ero суждение о работе А. А. Зимина над книгой о Пересветове: «Исторически тема с Пересветовым очень трудна и требует очень многочисленной „труппы" и „хоров". Если же ее свести к ковырянию в списках, то она перестанет быть исторической <...> Пересветов — соло невозможен, неинтересен, скучен». Он требует опыта и вкуса «для сложных постановок» и «слуха для симфонических подач <...> Много нужно пожить с этой темой, много каши съесть с Иваном Семеновичем, чтобы заговорить о нем на языке эпохи, а не на языке текстолога» (Е. Н. Кушевой. 17 февраля 1954 r.). Также и в рецензии на книгу Д. С. Лихачева «Русские летописи и их культурно-историческое значение» Б. А. Романов одобрительно отнесся к тому, что у автора чувствуется «отвращение к формалистической трактовке своего специального материала и тяга к

Обложка.
DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М. Страница 383. Читать онлайн