ПравообладателямТворчество и судьба историка: Борис Александрович Романов, Панеях Виктор
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Панеях Виктор Моисеевич djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В книге освещен жизненный и творческий путь выдающегося историка Б. А. Романова (1889—1957). Получив профессиональное образование в дореволюционном Петербургском университете как специалист по истории древней Руси, Б. А. Романов после Октябрьской революции стал активно разрабатывать проблемы внешней и внутренней политики России конца XIX—начала XX в. Он оставил глубокий след в историографии. Его перу принадлежит монография «Россия в Маньчжурии» (1928), «Люди и нравы древней Руси» (1947), «Очерки дипломатической истории русско-японской войны» (1947, 1955), комментарии к «Правде Русской» (1940, 1947). «Судебнику 1550 г.» (1952), ряд статей и публикаций источников. Работы Б. А. Романова основываются на блестящей источниковедческой технике, отличаются новаторством, отточенным литературным стилем, парадоксальностью, оригинальностью. Он опережал свое время, в котором ему приходилось жить и творить (20—50-е годы), — время идеологического гнета, принудительного единомыслия, проработок и репрессий. Б. А. Романов разделил участь многих представителей петербургской исторической школы, был репрессирован в 1930 г. по так называемому Академическому делу 1929—1931 гг., отбывал срок заключения на строительстве Беломоро-Балтийского канала, подвергался высылке на 101-й км, гонениям и проработкам, он постоянно ощущал себя аутсайдером советской исторической науки. Б. А. Романов в период недолгого преподавания в Ленинградском универ-ситете (1944—1953 гг.) создал свою школу, воспитал замечательных историков.

DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М.
Страница 372. Читать онлайн

ности". Сравнительно удивительно, что она прошла в сравнительно легкой форме» (В. М. Панеяху. 3 августа 1955 r.).

Необходимы были отдых и лечение, и Б. А. Романов отправился в подмосковный (ныне в черте города) санаторий Академии наук «Узкое». Он прибыл туда 25 февраля 1956 г., как раз в последний день работы знаменитого ХХ съезда КПСС.

27 февраля Б. А. Романов писал, что его ограничили в прогулках, да и сам он «еще не ходок» (В. М. Панеяху. 27 февраля 1956 r.). Доносящиеся до него известия о только что прошедшем партийном съезде разбередили старую моральную травму. Б. А. Романов писал в связи с этим: «Должен признаться, что чувствую себя хуже — и физически, и морально. Вижу хуже. Шатает неотступнее. На фоне абсолютного безделья не находишь себе сопротивления taedio vitae' <...> Это отвращение к инвалидности, освеженное ХХ съездом» (В. М. Панеяху. 5 марта 1956 r.). В начале марта в учреждениях и на открытых партийных собраниях начали публично читать закрытый доклад Н. С. Хрущева на ХХ съезде КПСС, разоблачавший «культ личности», и Б. А. Романов стал получать письма от ближайших учеников из Ленинграда с глухими упоминаниями о нем. В этой связи он ответил с раздражением: «Я уже направил» Н. Е. Носову, А. А. Фурсенко и P. Ш. Ганелину «репреманд за бурчание о каком-то документе, о котором я-де, разумеется, знаю»: P. Ш. Ганелин пишет, что «жалеет о моем отсутствии на открытом собрании всех сотрудников», А. А. Фурсенко «„радует", что меня не было. Вы теперь пишете, что оно — „закрытое". Все это я могу понять, как гробовую крышку, досрочно опустившуюся над моей исстрадавшейся головой» (В. М. Панеяху.

15 марта 1956 r.). К тому же Б. А. Романов заболел гриппом, который еще больше обессилил ero.

В самом конце пребывания Б. А. Романова в санатории приехавший в командировку в Москву А. А. Фурсенко посетил его в Узком и изложил содержание доклада Хрущева. Реакция была чрезвычайно бурной. Рассказ о зверствах следователей ЧК — ОГПУ — НКВД — МВД — КГБ всколыхнул в Б. А. Романове воспоминания о тяжелейших месяцах его заключения в следственной тюрьме ОГПУ. Он плакал, взволнованно говорил о своем неравноправном положении — «по цвету кожи», о дискриминации, которой подвергался на протяжении четверти века. Позднее, по приезде в Ленинград, Б. А. Романов прочитал этот «секретный» доклад во французском коммунистическом журнале. Свидетель этого (Б. В. Ананьич) рассказывал, что он, читая, также плакал.

369

Обложка.
DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М. Страница 372. Читать онлайн