ПравообладателямТворчество и судьба историка: Борис Александрович Романов, Панеях Виктор
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Панеях Виктор Моисеевич djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В книге освещен жизненный и творческий путь выдающегося историка Б. А. Романова (1889—1957). Получив профессиональное образование в дореволюционном Петербургском университете как специалист по истории древней Руси, Б. А. Романов после Октябрьской революции стал активно разрабатывать проблемы внешней и внутренней политики России конца XIX—начала XX в. Он оставил глубокий след в историографии. Его перу принадлежит монография «Россия в Маньчжурии» (1928), «Люди и нравы древней Руси» (1947), «Очерки дипломатической истории русско-японской войны» (1947, 1955), комментарии к «Правде Русской» (1940, 1947). «Судебнику 1550 г.» (1952), ряд статей и публикаций источников. Работы Б. А. Романова основываются на блестящей источниковедческой технике, отличаются новаторством, отточенным литературным стилем, парадоксальностью, оригинальностью. Он опережал свое время, в котором ему приходилось жить и творить (20—50-е годы), — время идеологического гнета, принудительного единомыслия, проработок и репрессий. Б. А. Романов разделил участь многих представителей петербургской исторической школы, был репрессирован в 1930 г. по так называемому Академическому делу 1929—1931 гг., отбывал срок заключения на строительстве Беломоро-Балтийского канала, подвергался высылке на 101-й км, гонениям и проработкам, он постоянно ощущал себя аутсайдером советской исторической науки. Б. А. Романов в период недолгого преподавания в Ленинградском универ-ситете (1944—1953 гг.) создал свою школу, воспитал замечательных историков.

DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М.
Страница 293. Читать онлайн

ческом, так и в социальном пространстве — пока-то их проч но прибьет к тому или иному берегу, определенному стан дарту"». Б. А. Романову, наконец, ставилась в вину мысль «о необходимости введения в свое изложение „культурно-исторического типа" „в качестве живого действующего лица и своего рода реактива при пользовании иными историческими памятниками, с их стандартными формулировками "». Все эти неточные и потому обессмысливающие текст Б. А. Романова цитаты понадобились Л. В. Черепнину для того, чтобы провозгласить, что автор книги «Люди и нравы древней Руси» «возвращается к методам психологической и типизирующей интерпретации, развитым Лаппо-Данилевским», и «классовый анализ источников» подменил «их психологической интерпретацией и идеально-типическими построениями»." Л. В. Черепнин то ли не уловил, то ли намеренно игнорировал провозглашенную Б. А. Романовым цель работы- показать древнерусский социум в социальной динамике, т. е. процесс классообразования, а не социальную статику. Автор статьи, вероятно, был прав, указав на влияние, которое оказал на Б. А. Романова А. С. Лаппо-Данилевский, в социологическую систему которого в качестве важного компонента входила психологическая интерпретация. Б. А. Романова с самого начала его творческого пути интересовал человек, а следовательно, социально-психологические мотивы его действий, хотя он не отвергал и классовых их побуждений. Но так или иначе, в данном контексте критика Л. В. Черепниным Б. А. Романова (как и С. Н. Валка и А. И. Андреева) была направлена на ero дискредитацию.

Что касается возможных личных бесед с И. И. Смирновым и другими участниками обсуждения книги «Люди и нравы древней Руси», то они, судя по всему, так и не состоялись. Да и вряд ли Б. А. Романов испытывал в них необходимость. Только через два с половиной месяца после обсуждения книги в письме И. И. Смирнову из Сигулды, где он проводил отпуск, имел место первый (и, вероятно, единственный) отклик на это «обсуждение». Упомянув о том, что он взял с собой книгу Ф. Энгельса «Анти-Дюринг», Б. А. Романов написал, что ссылкой в докладе на нее И. И. Смирнов ero «поддел»: «Оказалось, судя по пометам, что он («Анти-Дюринг». — В. П.) был у меня в работе перед войной, — и это меня еще больше поддело. Хочу посмотреть именно этот экземпляр <...> по своим следам. Поддели же Вы меня, в частности, тем, что приписали мне некую, свою, „теорию классообразования". Это было для меня совершенной неожиданностью. Теперь я думаю, что приписываете мне

Обложка.
DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М. Страница 293. Читать онлайн