ПравообладателямТворчество и судьба историка: Борис Александрович Романов, Панеях Виктор
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Панеях Виктор Моисеевич djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В книге освещен жизненный и творческий путь выдающегося историка Б. А. Романова (1889—1957). Получив профессиональное образование в дореволюционном Петербургском университете как специалист по истории древней Руси, Б. А. Романов после Октябрьской революции стал активно разрабатывать проблемы внешней и внутренней политики России конца XIX—начала XX в. Он оставил глубокий след в историографии. Его перу принадлежит монография «Россия в Маньчжурии» (1928), «Люди и нравы древней Руси» (1947), «Очерки дипломатической истории русско-японской войны» (1947, 1955), комментарии к «Правде Русской» (1940, 1947). «Судебнику 1550 г.» (1952), ряд статей и публикаций источников. Работы Б. А. Романова основываются на блестящей источниковедческой технике, отличаются новаторством, отточенным литературным стилем, парадоксальностью, оригинальностью. Он опережал свое время, в котором ему приходилось жить и творить (20—50-е годы), — время идеологического гнета, принудительного единомыслия, проработок и репрессий. Б. А. Романов разделил участь многих представителей петербургской исторической школы, был репрессирован в 1930 г. по так называемому Академическому делу 1929—1931 гг., отбывал срок заключения на строительстве Беломоро-Балтийского канала, подвергался высылке на 101-й км, гонениям и проработкам, он постоянно ощущал себя аутсайдером советской исторической науки. Б. А. Романов в период недолгого преподавания в Ленинградском универ-ситете (1944—1953 гг.) создал свою школу, воспитал замечательных историков.

DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М.
Страница 287. Читать онлайн

Все это сколь искусное, столь же и искусственное, полное фальши построение призвано было отвести непосредственную опасность, смягчить возможные последствия нападок на автора попавших под удар исследований, сохранить жизнь и возможность работать, чтобы завершить подготовку комментариев к Судебнику 1550 г. и переиздания «Очерков дипломатической истории русско-японской войны», которые, по мысли Б. А. Романова, должны были стать его лебединой песней. Нет никакого сомнения в том, что для него «Люди и нравы древней Руси» и впоследствии оставались самой любимой из ero работ, и уже потому автор не мог считать эту свою книгу вредной. Следует также отметить, что в системе воззрений Б. А. Романова дидактический аспект ero деятельности как исследователя-историка отсутствовал вовсе, и в этом он коренным образом расходился с И. И. Смирновым, который, считая себя марксистом, склонен был политизировать прошлое с целью воспитания «советского патриотизма» и перешел, руководствуясь «указаниями партии», от огульного обвинения прошлого в раннебольшевистском духе к ero идеализации, основанной на новой имперско-государственной концепции 30 — 40-х годов. Сам Б. А. Романов, как было уже отмечено, не склонен был идеализировать прошлое, но по совершенно иным, по сравнению, например, с М. Н. Покровским, основаниям: он видел в нем истоки пороков настоящегоо.

Но так или иначе, именно этот демарш Б. А. Романова, вероятно, повлиял на заключительную резолюцию Ученого совета в той ее части, которая касалась его лично. В целом же она свидетельствовала о том, что политическая истерия захлестнула не только прессу, но и научный коллектив. «Буржуазный космополитизм» был назван «идеологическим орудием империалистической экспансии англо-американского империализма», призванным «расчистить путь для империалистической агрессии» и подорвать «мощь нашей Советской Родины», а «буржуазные космополиты» обвинены в том, что «орудовали прежде всего на самых ответственных участках исторического фронта». В частности, отмечалось, что в области истории СССР советского периода «некоторое время орудовала антипатриотическая группка, возглавляемая Минцем и Разгоном». В области же новой и новейшей истории «свое отражение буржуазный космополитизм нашел в деятельности акад. Деборина, проф. Деборина, Зубока, Нотовича и др.», допустивших «явную идеализацию и апологию американского империализма и принижение международной роли СССР». «Ярким проявлением буржуазного космополи-

Обложка.
DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М. Страница 287. Читать онлайн