ПравообладателямТворчество и судьба историка: Борис Александрович Романов, Панеях Виктор
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Панеях Виктор Моисеевич djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В книге освещен жизненный и творческий путь выдающегося историка Б. А. Романова (1889—1957). Получив профессиональное образование в дореволюционном Петербургском университете как специалист по истории древней Руси, Б. А. Романов после Октябрьской революции стал активно разрабатывать проблемы внешней и внутренней политики России конца XIX—начала XX в. Он оставил глубокий след в историографии. Его перу принадлежит монография «Россия в Маньчжурии» (1928), «Люди и нравы древней Руси» (1947), «Очерки дипломатической истории русско-японской войны» (1947, 1955), комментарии к «Правде Русской» (1940, 1947). «Судебнику 1550 г.» (1952), ряд статей и публикаций источников. Работы Б. А. Романова основываются на блестящей источниковедческой технике, отличаются новаторством, отточенным литературным стилем, парадоксальностью, оригинальностью. Он опережал свое время, в котором ему приходилось жить и творить (20—50-е годы), — время идеологического гнета, принудительного единомыслия, проработок и репрессий. Б. А. Романов разделил участь многих представителей петербургской исторической школы, был репрессирован в 1930 г. по так называемому Академическому делу 1929—1931 гг., отбывал срок заключения на строительстве Беломоро-Балтийского канала, подвергался высылке на 101-й км, гонениям и проработкам, он постоянно ощущал себя аутсайдером советской исторической науки. Б. А. Романов в период недолгого преподавания в Ленинградском универ-ситете (1944—1953 гг.) создал свою школу, воспитал замечательных историков.

DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М.
Страница 283. Читать онлайн

стали ученые-историки еврейского происхождения. Проработке подверглись работы московских историков Н. Л. Рубинштейна, И. И. Минца, И. М. Разгона, А. М. Деборина, Г. А. Деборина, Л. И. Зубока, Ф. И. Нотовича и ленинградских исследователей С. Н. Валка, С. Я. Лурье. Но в зту обойму попали также А. В. Предтеченский и Б. А. Романов, которых обвинили не в «безродном космополитизме», а «всего только» в «антипатриотизме» — именно потому, что они не относились к числу тех, кого стали преследовать, исходя из их национальной принадлежности.

Заседание прошло в отсутствие Б. А. Романова, который все еще находился на больничном листе и решил не участвовать в этом унизительном действии. Одним из основных стало выступление И. И. Смирнова. Начав его с расхожего газетного штампа, представлявшего собой констатацию того, что «разоблачением буржуазных космополитов партия нанесла жестокий удар по империалистической реакции, орудовавшей на различных участках идеологического фронта», И. И. Смирнов продолжал: «Партия раскрыла существо космополитизма как глубоко враждебной нам идеологии, преследующей целью отравить сознание советских людей, идеологии преклонения и восхваления порочной буржуазной культуры, несовместимой с советской идеологией, с марксизмом-ленинизмом». О книге «Люди и нравы древней Руси» И. И. Смирнов сказал, что в ней отразилось «влияние буржуазной идеологии (...) и притом в сильной степени»: «Основной принципиальный порок книги <...> состоит в том, что, посвятив свою книгу истории культуры Киевской Руси, Б. А. Романов вместо показа людей Киевской Руси как творцов русской культуры, как борцов за создание и укрепление русской государственности, оказался объективно на позициях „разоблачения" и „обвинения" Киевской Руси и ее деятелей — позиции ложной, состоящей в прямом противоречии с той задачей, которая стоит перед нами, — задачей воспитывать на примерах истории нашей родины чувство национальной гордости нашей великой Родиной, чувство советского патриотизма».44

Установление такой прямой связи «советского патриотизма» с «государственностью» вообще, русской государственностью далекого прошлого — в частности, входило, как уже было отмечено, в противоречие не только с марксизмом XIX в., но и с ero ленинской интерпретацией 20-х годов, которой следовал И. И. Смирнов на заре своей научной деятельности в конце 20-x — начале 30-х годов.4' Но оно полностью соответствовало возникшей в середине 30-х годов ста-

г7а

Обложка.
DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М. Страница 283. Читать онлайн