ПравообладателямТворчество и судьба историка: Борис Александрович Романов, Панеях Виктор
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Панеях Виктор Моисеевич djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В книге освещен жизненный и творческий путь выдающегося историка Б. А. Романова (1889—1957). Получив профессиональное образование в дореволюционном Петербургском университете как специалист по истории древней Руси, Б. А. Романов после Октябрьской революции стал активно разрабатывать проблемы внешней и внутренней политики России конца XIX—начала XX в. Он оставил глубокий след в историографии. Его перу принадлежит монография «Россия в Маньчжурии» (1928), «Люди и нравы древней Руси» (1947), «Очерки дипломатической истории русско-японской войны» (1947, 1955), комментарии к «Правде Русской» (1940, 1947). «Судебнику 1550 г.» (1952), ряд статей и публикаций источников. Работы Б. А. Романова основываются на блестящей источниковедческой технике, отличаются новаторством, отточенным литературным стилем, парадоксальностью, оригинальностью. Он опережал свое время, в котором ему приходилось жить и творить (20—50-е годы), — время идеологического гнета, принудительного единомыслия, проработок и репрессий. Б. А. Романов разделил участь многих представителей петербургской исторической школы, был репрессирован в 1930 г. по так называемому Академическому делу 1929—1931 гг., отбывал срок заключения на строительстве Беломоро-Балтийского канала, подвергался высылке на 101-й км, гонениям и проработкам, он постоянно ощущал себя аутсайдером советской исторической науки. Б. А. Романов в период недолгого преподавания в Ленинградском универ-ситете (1944—1953 гг.) создал свою школу, воспитал замечательных историков.

DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М.
Страница 274. Читать онлайн

он принадлежал: «Основной вывод сводится к алгебраической формуле: и речи не может быть о „выслуге лет" <...> а наоборот, чем дольше рабочий стаж, тем хуже, ибо тем глубже в прошлом; а чем ближе к 1934 — 36 годам, тем лучше (т. е. чем ближе стаж к 12 годам!). Для стариков это — фатальная висельническая формула, потому что она ведет к „улице" (да еще с выволочкой). „Улица" висела надо мной всю мою жизнь; мне показалось последнее время, что она не так уж непременно висит; сейчас она повисла заново, в освеженном, теоретически и практически проветренном виде, в виде „обоснованном" с точки зрения „общественного" блага — под титулом „собаке собачья смерть". И от рака не всегда умирают <...> но, простите, рак есть рак, а исключение есть исключение. Это все законы исторического развития, и люди тут ничего поделать не в силах. Наше дело, историков, — ясно видеть действие этих законов и не строить себе иллюзий, используя толстовскую формулу „образуется". Мы, старики, ведь тоже „наследие". И что в этом наследии вредно, что терпимо — как тут разобрать? Презумпция же, установленная теперь твердо, заключается в том, что „наследие" — это, прежде всего, подозрительно. Это „наследие" вредно своими сильными сторонами; и тем менее вредно, чем меньше в нем сильных сторон. Иными словами, лучшее, что может быть про тебя сказано, это, что ты безвреден, как пустьппка. В итоге у меня давно уже не было такого острого чувства дискриминации „по цвету кожи" (ибо не можешь же ты переменить дату своего рождения!)» (Е. Н. Кушевой.

30 января 1949 r.).

Констатировав с бесспорностью факт решительного идеологического наступления на так называемую буржуазную идеологию и начавшуюся дискриминацию по этому показателю историков старшего поколения, Б. А. Романов первоначально еще не осмыслил только что (28 января 1949 r.) напечатанную в газете «Правда» редакционную статью «Об одной группе антипатриотических театральных критиков», давшую сигнал к резкому обострению антисемитских дискриминационных акций властей против деятелей культуры и науки — евреев по происхождению. Но он был абсолютно чужд ксенофобии, очень скоро полностью осознал эту новую ситуацию и по мере возможности выражал к ней свое отрицательное отношение. Пока же он находился в смятении изза приближающегося юбилейного заседания в безысходной обстановке для представителей старшего поколения историков, при которой даже опора на вчерашние и сегодняшние партийные директивы не спасала от преследований, которые

269

Обложка.
DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М. Страница 274. Читать онлайн