ПравообладателямТворчество и судьба историка: Борис Александрович Романов, Панеях Виктор
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Панеях Виктор Моисеевич djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В книге освещен жизненный и творческий путь выдающегося историка Б. А. Романова (1889—1957). Получив профессиональное образование в дореволюционном Петербургском университете как специалист по истории древней Руси, Б. А. Романов после Октябрьской революции стал активно разрабатывать проблемы внешней и внутренней политики России конца XIX—начала XX в. Он оставил глубокий след в историографии. Его перу принадлежит монография «Россия в Маньчжурии» (1928), «Люди и нравы древней Руси» (1947), «Очерки дипломатической истории русско-японской войны» (1947, 1955), комментарии к «Правде Русской» (1940, 1947). «Судебнику 1550 г.» (1952), ряд статей и публикаций источников. Работы Б. А. Романова основываются на блестящей источниковедческой технике, отличаются новаторством, отточенным литературным стилем, парадоксальностью, оригинальностью. Он опережал свое время, в котором ему приходилось жить и творить (20—50-е годы), — время идеологического гнета, принудительного единомыслия, проработок и репрессий. Б. А. Романов разделил участь многих представителей петербургской исторической школы, был репрессирован в 1930 г. по так называемому Академическому делу 1929—1931 гг., отбывал срок заключения на строительстве Беломоро-Балтийского канала, подвергался высылке на 101-й км, гонениям и проработкам, он постоянно ощущал себя аутсайдером советской исторической науки. Б. А. Романов в период недолгого преподавания в Ленинградском универ-ситете (1944—1953 гг.) создал свою школу, воспитал замечательных историков.

DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М.
Страница 267. Читать онлайн

университете начинаются заседания с откликами биологической дискуссии — во всеуниверситетском масштабе. В связи с рецензиями на В. М. Штейна, Равдоникаса, Вайнштейна- некоторая настороженность <...> Тронут Вашим вниманием к „Людям и нравам" <...> Если это не просто комплимент <...> то мне приятно, что она заинтересовала даже Вас. Свою аудиторию я видел не в столь высоких слоях атмосферы. Отсюда открывается возможность для меня обсуждения ее (с Вами) в профессиональном плане»." Несколько безмятежный тон при упоминании в письме Б. А. Романова о «Людях и нравах древней Руси» свидетельствует, пожалуй, что он не связывал начавшиеся в университете погромные заседания с вероятностью нападок на эту ero книгу. Теперь же, когда в ЛОИИ прошли чередой погромные обсуждения работ его сотрудников, ситуация резко изменилась.

Б. А. Романов сообщал об этих заседаниях Е. Н. Кушевой 30 октября и 11 ноября 1948 r. почти без комментариев, хотя и с легко уловимым негодованием в адрес тех, кто участвовал в разносах, и сочувствием к тем, кто подвергся незаслуженным поношениям: «Из Лурье («Геродот») уже выколотили душу неделю назад»; «Скандал с „Общественной мыслью" (Кочаков). Прописан ряд существенных поправок с неограниченной переверсткой <...> среди „поправок" — перестройка Радищева и Карамзина (т. е. двух «китов»); но много переформулировок по всему тексту. Операция очень серьезная, серьезность которой недооценивает Предтеченский <...> Если исправления его не удовлетворят Кочакова, то снимается марка ЛОИИ. Это равносильно тому, что и издательство откажется от издания. „Новгородские акты" прошли деловым планом (Сербина, Романов). „Петровский Петербург" немного потрепали (Кочин, Кочаков, Левин). Но Анатолию Васильевичу (Предтеченскому. — В. П.) это было уже по израненному месту. „Советская археография" прошла сегодня хорошо. Поддал жару и я»."

Обдумывая перспективу обсуждения книги «Люди и нравы древней Руси», Б. А. Романов рассматривал возможные варианты. Он питал еще некоторые надежды на благоприятный исход, но и осознавал, что вероятен и погром. Об этом Б. А. Романов писал Е. Н. Кушевой 30 октября 1948 г.: «К сожалению, в нашей профессии нет таких обсуждений, которые могут бьггь интересны автору, как работнику, любящему и болеющему о своем деле. Хотя и могут быть исключения. Возможно, что такое исключение будет иметь место здесь, в ЛОИИ. Здесь поручено доложить о моей книжке Ивану Ивановичу (Смирнову. — В. П.). Я очень соболезную ему, но с ин-

Обложка.
DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М. Страница 267. Читать онлайн