ПравообладателямТворчество и судьба историка: Борис Александрович Романов, Панеях Виктор
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Панеях Виктор Моисеевич djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В книге освещен жизненный и творческий путь выдающегося историка Б. А. Романова (1889—1957). Получив профессиональное образование в дореволюционном Петербургском университете как специалист по истории древней Руси, Б. А. Романов после Октябрьской революции стал активно разрабатывать проблемы внешней и внутренней политики России конца XIX—начала XX в. Он оставил глубокий след в историографии. Его перу принадлежит монография «Россия в Маньчжурии» (1928), «Люди и нравы древней Руси» (1947), «Очерки дипломатической истории русско-японской войны» (1947, 1955), комментарии к «Правде Русской» (1940, 1947). «Судебнику 1550 г.» (1952), ряд статей и публикаций источников. Работы Б. А. Романова основываются на блестящей источниковедческой технике, отличаются новаторством, отточенным литературным стилем, парадоксальностью, оригинальностью. Он опережал свое время, в котором ему приходилось жить и творить (20—50-е годы), — время идеологического гнета, принудительного единомыслия, проработок и репрессий. Б. А. Романов разделил участь многих представителей петербургской исторической школы, был репрессирован в 1930 г. по так называемому Академическому делу 1929—1931 гг., отбывал срок заключения на строительстве Беломоро-Балтийского канала, подвергался высылке на 101-й км, гонениям и проработкам, он постоянно ощущал себя аутсайдером советской исторической науки. Б. А. Романов в период недолгого преподавания в Ленинградском универ-ситете (1944—1953 гг.) создал свою школу, воспитал замечательных историков.

DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М.
Страница 247. Читать онлайн

вательно, и критические замечания практически останутся неприменимы в будущем».'

Одновременно с этим, отчасти исповедальным, письмом Б. А. Романов 2 февраля 1948 г. подал заявление заведующему отделом истории СССР Исторического института при Ленинградском университете, в планах которого за ним также числилась книга «Россия в Персии». Ходатайствуя о ее замене на монографию «Русское общество XIY — XVI вв.», он снова коснулся мотивов этого своего решения. Б. А. Романов отметил, в частности, что работал в области истории внешней политики русского империализма «в качестве одиночки-„пионера"», и это стало ero «делом жизни», хотя оно «и связано было с большим риском». Что же касается «России в Персии», то за данную тему «в течение 30-летия никто не брался», и теперь работа над ней «тоже была бы связана» для него «с большими трудностями и с не меньшим риском», особенно в связи с «публичным отречением» ЛОИИ от книги «Очерки дипломатической истории русско-японской войны». «Пожалуй, — приходил к выводу Б. А. Романов, — мое вторжение в эту сферу было действительно парадоксом. А жизнь не терпит парадоксов». Именно поэтому он принял решение теперь сосредоточиться на истории средневековой Руси, где ему «не приходится „начинать все сначала"». И хотя на комментарии к «Правде Русской» и книгу «Люди и нравы древней Руси» нет «еще печатных откликов», писал Б. А. Романов, «но продолжение этой работы, по принадлежности моей к старому поколению и не парадоксально, и, пожалуй, связано с меньшим риском, судя по целому ряду получаемых мной устных откликов от моих старых товарищей и новых, иногда довольно неожиданных, друзей». Эта тема, заявленная на 1948 — 1951 гг. «отчасти по настоянию моих друзей- литературоведов» (вероятно, В. П. Адриановой-Перетц и Д. С. Лихачева), писал ученый, отличается, в частности, тем, что в ней «творческий момент <...> выражен гораздо яснее», чем в той, от которой теперь Б. А. Романов вынужден отказаться. Пока же необходимо собрать «громадный, рассеянный и иногда неожиданный материал, ero изучить и творчески освоить, чтобы окончательно найти „ось вращения" той картины древнерусской жизни», которую он «имеет в виду здесь воссоздать». Как видно, Б. А. Романов стремился найти такой древнерусский памятник и такой персонаж, которые, подобно тому как это было сделано в «Людях и нравах древней Руси», позволили бы ему реконструировать культурно-исторический тип эпохи.

Обложка.
DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М. Страница 247. Читать онлайн