ПравообладателямТворчество и судьба историка: Борис Александрович Романов, Панеях Виктор
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Панеях Виктор Моисеевич djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В книге освещен жизненный и творческий путь выдающегося историка Б. А. Романова (1889—1957). Получив профессиональное образование в дореволюционном Петербургском университете как специалист по истории древней Руси, Б. А. Романов после Октябрьской революции стал активно разрабатывать проблемы внешней и внутренней политики России конца XIX—начала XX в. Он оставил глубокий след в историографии. Его перу принадлежит монография «Россия в Маньчжурии» (1928), «Люди и нравы древней Руси» (1947), «Очерки дипломатической истории русско-японской войны» (1947, 1955), комментарии к «Правде Русской» (1940, 1947). «Судебнику 1550 г.» (1952), ряд статей и публикаций источников. Работы Б. А. Романова основываются на блестящей источниковедческой технике, отличаются новаторством, отточенным литературным стилем, парадоксальностью, оригинальностью. Он опережал свое время, в котором ему приходилось жить и творить (20—50-е годы), — время идеологического гнета, принудительного единомыслия, проработок и репрессий. Б. А. Романов разделил участь многих представителей петербургской исторической школы, был репрессирован в 1930 г. по так называемому Академическому делу 1929—1931 гг., отбывал срок заключения на строительстве Беломоро-Балтийского канала, подвергался высылке на 101-й км, гонениям и проработкам, он постоянно ощущал себя аутсайдером советской исторической науки. Б. А. Романов в период недолгого преподавания в Ленинградском универ-ситете (1944—1953 гг.) создал свою школу, воспитал замечательных историков.

DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М.
Страница 210. Читать онлайн

ность «вести смысловую корректуру, только долавливая недодавленных корректором блох (если корректор сплоховал)». Следующий этап — «после моей (нашей) правки» корректура «поступает к редактору издательства <...> и ero изменения согласовываются со мной». Только «в этом законченном виде» корректура может поступать к ответственному редактору «на подписание» (Б. Д. Грекову. 16 ноября 1946 r.). В конечном счете был принят именно этот порядок прохождения корректур, но победа, по словам Б. А. Романова, «стоила» ему «нервов и чуть не загнала в клинику». Лишь после этого работа с «замечательными людьми» из ленинградского академического издательства пошла «дружно, горячо и быстро — на большой волне»: «за один месяц прошли 322 гранки и сегодня 91 гранка пущена в верстку», — сообщал Б. А. Романов.' Особенно он выделял издательских редакторов А. А. Воробьеву и М. П. Барманского. «Давно не переживал такого подъема и бодрости в работе, как эти 1'/, месяца, — писал Б. А. Романов Б. Д. Грекову 16 — 17 февраля 1947 r., — и очень хотелось бы довести ее до благополучного конца к намеченному сроку». Б. А. Романов согласовывал с издательством строгий график прохождения гранок и версток, сообщал о нем Б. Д. Грекову и регулярно, пунктуально следуя этим наметкам, посылал ему правленные листы и отчитывался о выполнении.

Все это потребовало не только концентрации воли, но и экстремальных затрат нервной энергии. К тому же существенно увеличилась нагрузка на глаза, тяжелое заболевание которых время от времени давало рецидивы. Сам Б. А. Романов опасался, как он писал 25 апреля 1947 r. в соцобязательстве, которое ero вынудили дать, что «напряжение <...> связанное с выполнением» этой «работы, исчерпало запас» его «сил». Поэтому потребовался бы надлежащий отдых и лечение, «чтобы вернуться к какой-либо творческой научной работе с сентября <...> на основе человекообразного ее режима и освобождения <...> в дальнейшем от разрушительных трюкистских операций».' Эти опасения Б. А. Романова нашли отражение и в частных письмах: «Напряжение, в коем пребываю сейчас (со всеми предшествующими «накоплениями»), наверняка разразится, когда все закончу, расплатой по линии „всех слабых мест"».'

К началу лета, как и намечалось, все корректуры были Б. А. Романовым сданы, и он уехал в отпуск, а уже в августе 1947 r. второй том академического издания «Правды Русской», содержащий постатейные историографические комментарии объемом в 55 печатных листов, был подписан к

Обложка.
DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М. Страница 210. Читать онлайн