ПравообладателямТворчество и судьба историка: Борис Александрович Романов, Панеях Виктор
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Панеях Виктор Моисеевич djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В книге освещен жизненный и творческий путь выдающегося историка Б. А. Романова (1889—1957). Получив профессиональное образование в дореволюционном Петербургском университете как специалист по истории древней Руси, Б. А. Романов после Октябрьской революции стал активно разрабатывать проблемы внешней и внутренней политики России конца XIX—начала XX в. Он оставил глубокий след в историографии. Его перу принадлежит монография «Россия в Маньчжурии» (1928), «Люди и нравы древней Руси» (1947), «Очерки дипломатической истории русско-японской войны» (1947, 1955), комментарии к «Правде Русской» (1940, 1947). «Судебнику 1550 г.» (1952), ряд статей и публикаций источников. Работы Б. А. Романова основываются на блестящей источниковедческой технике, отличаются новаторством, отточенным литературным стилем, парадоксальностью, оригинальностью. Он опережал свое время, в котором ему приходилось жить и творить (20—50-е годы), — время идеологического гнета, принудительного единомыслия, проработок и репрессий. Б. А. Романов разделил участь многих представителей петербургской исторической школы, был репрессирован в 1930 г. по так называемому Академическому делу 1929—1931 гг., отбывал срок заключения на строительстве Беломоро-Балтийского канала, подвергался высылке на 101-й км, гонениям и проработкам, он постоянно ощущал себя аутсайдером советской исторической науки. Б. А. Романов в период недолгого преподавания в Ленинградском универ-ситете (1944—1953 гг.) создал свою школу, воспитал замечательных историков.

DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М.
Страница 196. Читать онлайн

писал он А. И. Андрееву. О том же Б. А. Романов сообщал E. Н. Кушевой 9 ноября 1942 г. в письме, отправленном в хлопковый совхоз под Ташкентом, где она была на уборочных работах. В. Н. Кун познакомил ero с Алексеем Толстым, причастным к издательству «Советский писатель». «В результате, — писал Б. А. Романов, — я ангажирован на „оборонную" книжечку о Семилетней войне!! Работа падет на самое жуткое время — июнь, июль. А они здесь на 60' при абсолютном бездождии»."

Но на ходе его работы сказывалось и отсутствие «своего угла». Кроме того, Б. А. Романов «дурно» переносил «ташкентский климат». «Дурной сон ночью (перегрев солнечный за день, да и вообще невроз); сонливость днем, измотанность к вечернему возвращению. Резкое ослабление памяти в результате всего бывшего. Очень большая физическая слабость и несомненный недостаток питания мозгового вещества <...> А в основе всего одиночество и вечная тревога за Лелю (Е. П. Романову. — B. П.). Настоящая жизнь — в бессонные ночи, когда обнимаешь положение целиком. В течение дня какая-то полубледная полужизнь с нарастающим обессилением от утра к вечеру», и существование «вечно психологически на торчке и на прекарном праве. И одиночество <...> К тому же <...> вечно писать для сорной корзины — у кого хотите иссякнут силы <...> На перспективы свои смотрю очень мрачно. Может быть и вообще, но во всяком случае здесь». В конечном счете Б. А. Романов пришел к трагическому для себя выводу: «...творческая работа мне сейчас не по силам, независимо от вопроса о материале»."

А летом и осенью 1942 г. подряд произошли события, которые могли вообще закончиться полным для Б. А. Романова крахом. 3 июля 1942 r. он получил повестку из местного органа госбезопасности с сообщением о запрете проживания в крупнь1х городах и предстоящем выселении на 101-й км, а 10 августа — вторую повестку — «о выезде в 10-дневный срок».' Конечно, при ero состоянии здоровья это было чревато быстрой смертью. «Я пребываю в состоянии безразличия и отупения, — писал Б. А. Романов. — Что же при таких условиях прикажете думать, делать и чувствовать <...> Теперь пропали все мои работы, и я окончательно гол. Гол я и извнутри совсем. Один комок нервов. И развивается болезнь моя неукоснительно <...> Если до свидания, то до свидания. А не то, прощайте <...> Бывают такие ожоги всего тела, когда площадь необожженная недостаточна для питания тела человеческого кислородом. Мне кажется, что то, что происходит со мной, есть результат последовательных

197

Обложка.
DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М. Страница 196. Читать онлайн