ПравообладателямТворчество и судьба историка: Борис Александрович Романов, Панеях Виктор
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Панеях Виктор Моисеевич djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В книге освещен жизненный и творческий путь выдающегося историка Б. А. Романова (1889—1957). Получив профессиональное образование в дореволюционном Петербургском университете как специалист по истории древней Руси, Б. А. Романов после Октябрьской революции стал активно разрабатывать проблемы внешней и внутренней политики России конца XIX—начала XX в. Он оставил глубокий след в историографии. Его перу принадлежит монография «Россия в Маньчжурии» (1928), «Люди и нравы древней Руси» (1947), «Очерки дипломатической истории русско-японской войны» (1947, 1955), комментарии к «Правде Русской» (1940, 1947). «Судебнику 1550 г.» (1952), ряд статей и публикаций источников. Работы Б. А. Романова основываются на блестящей источниковедческой технике, отличаются новаторством, отточенным литературным стилем, парадоксальностью, оригинальностью. Он опережал свое время, в котором ему приходилось жить и творить (20—50-е годы), — время идеологического гнета, принудительного единомыслия, проработок и репрессий. Б. А. Романов разделил участь многих представителей петербургской исторической школы, был репрессирован в 1930 г. по так называемому Академическому делу 1929—1931 гг., отбывал срок заключения на строительстве Беломоро-Балтийского канала, подвергался высылке на 101-й км, гонениям и проработкам, он постоянно ощущал себя аутсайдером советской исторической науки. Б. А. Романов в период недолгого преподавания в Ленинградском универ-ситете (1944—1953 гг.) создал свою школу, воспитал замечательных историков.

DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М.
Страница 192. Читать онлайн

его столе, «в любое время посетители; кроме того общая жизнь, одна верхняя лампочка на всех».

И все же на окраине, в семье Кунов было пока предпочтительнее, чем в центре города, но в тех бытовых условиях, в которых находилось большинство эвакуированных из Москвы и Ленинграда его коллег. Они, как правило, были размещены в общежитии («Ханум») над институтскими помещениями, «с дортуарами на 10 — 15 персон обоего пола вперемешку; с детьми всех возрастов и нравов <...> В дортуарах недостаточный верхний свет; кровати на фу-фу; гвоздики на стенке, имущество на подоконниках и редких стульях, под кроватями и т. п. Уборная в нижнем этаже — коллективный нужник. Умывалки- одна для женщин, одна для мужчин (водопровод через один кран), очереди. Внизу столовая и булочная. Значит, можешь и без обуви: спи в дортуаре, кушай в столовой, занимайся в читальнях тут же <...> Но уже ни минуты уединения и покоя, когда он понадобился: устав „общежительный"». А кроме того, полуголодное существование.

Правда, некоторые ученые снимали частные квартиры: «Например, Валки. 10 — 15 минут от „Ханума", комната полутемная (летом достоинство), через комнату хозяев, уборная во дворе примитив, электроприборы, кровать, стол, шкаф. Предтеченские (трое) — отдельный домик внутри двора, свой огородик <...> Ларин — чердачная комната с наружной курятной лестницей, чугунная печурка, голая крыша под самое солнце, вода и уборная во дворе».

Конечно, академики и члены-корреспонденты АН СССР жили в совершенно иных условиях: в благоустроенной гостинице НКВД, «с паровым отоплением, электричеством, освещением, мойкой полов, примусными комнатами, душем, биллиардными, роялем, телефонами. Система отдельных комнат в 2 — 3 окна, с мебелью, письменными столами, у всех электроплитки. Во дворе столовая <...> особая булочная для живущих. Словом, выходи в библиотеки и в Ханум (два квартала), где помещаются институты, а затем сиди за письменным столом и работай». Б. Д. Грекову была предоставлена комната в квартире наркома просвещения Узбекской ССР,"

Приехав в Ташкент, Б. А. Романов почти сразу же стал получать одно за другим печальные известия из Ленинграда. В первую блокадную зиму умерли его брат и сестра, Н. Ф. Лавров, Б. В. Александров. Б. А. Романов был крайне удручен этими первыми утратами близких ему людей. Ничего не было известно о С. Н. Чернове, оказавшемся в ок-

7 В. М, Пансях

зяз

Обложка.
DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М. Страница 192. Читать онлайн