ПравообладателямТворчество и судьба историка: Борис Александрович Романов, Панеях Виктор
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Панеях Виктор Моисеевич djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В книге освещен жизненный и творческий путь выдающегося историка Б. А. Романова (1889—1957). Получив профессиональное образование в дореволюционном Петербургском университете как специалист по истории древней Руси, Б. А. Романов после Октябрьской революции стал активно разрабатывать проблемы внешней и внутренней политики России конца XIX—начала XX в. Он оставил глубокий след в историографии. Его перу принадлежит монография «Россия в Маньчжурии» (1928), «Люди и нравы древней Руси» (1947), «Очерки дипломатической истории русско-японской войны» (1947, 1955), комментарии к «Правде Русской» (1940, 1947). «Судебнику 1550 г.» (1952), ряд статей и публикаций источников. Работы Б. А. Романова основываются на блестящей источниковедческой технике, отличаются новаторством, отточенным литературным стилем, парадоксальностью, оригинальностью. Он опережал свое время, в котором ему приходилось жить и творить (20—50-е годы), — время идеологического гнета, принудительного единомыслия, проработок и репрессий. Б. А. Романов разделил участь многих представителей петербургской исторической школы, был репрессирован в 1930 г. по так называемому Академическому делу 1929—1931 гг., отбывал срок заключения на строительстве Беломоро-Балтийского канала, подвергался высылке на 101-й км, гонениям и проработкам, он постоянно ощущал себя аутсайдером советской исторической науки. Б. А. Романов в период недолгого преподавания в Ленинградском универ-ситете (1944—1953 гг.) создал свою школу, воспитал замечательных историков.

DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М.
Страница 155. Читать онлайн

гих прибалтийских народов, северокавказских и закавказских народов, народов Средней Азии и Дальнего Востока, а также волжских и северных народов — татары, башкиры, мордва, чуваши и т. д.)»."

Оценивая это директивное замечание, Б. А. Романов, вероятно, исходил из того, что существовавшие прежде советские учебники носили на себе печать внутренних противоречий, связанных с безуспешными попытками объяснить, как из многонациональных составных частей сложилось «единое целое» — СССР. В беседе с С. Н. Валком он, судя по донесению агента НКВД, говорил: «До сих пор бывало, знаете, как в искусственной рождественской елке: втыкали сучки, как попало», следуя, главным образом, «двум вариантам: либо „народ покорили" — покорило русское самодержавие, или он восставал, иногда ни то, ни другое не выходило», и тогда эти объяснения «вообще отбрасывали, как ненужный сучок». Выхода из положения в создавшихся условиях Б. А. Романов, по-видимому, не видел. А те способы решения проблемы, которые он вслух перебирал, ему самому несомненно представлялись, хотя и по разным причинам, неосуществимыми.

«Первый проект: поручить написание учебника от начала и до конца тройке — Бухарину, Корнею Чуковскому и Алексею Толстому (без «Мойдодыра» здесь не обойтись!)». Совершенно очевидно, что Б. А. Романов имел в виду создание непрофессиональными историками чисто литературной конструкции, вовсе оторванной от подлинных фактов, принятие во внимание которых может только нарушить ее стройность. Нетрудно заметить, что он с иронией относился к такому предприятию.

«Второй проект», как видно, казался ему не менее утопичным: «Организовать закрытый тайный конкурс и гарантировать конкурирующим то, что им не нарвут уши, не ликвидируют, не пошлют купаться в холодные моря, или, если не гарантируют, то по крайней мере дадут понять, что с ними ничего не произойдет». Им в этом случае необходимо «дать <...> полную свободу, действительную свободу, а не ту свободу научного высказывания, которая у нас всегда „гарантируется "». И «тогда несомненно найдется человек 25, которые не побоятся предложить свой проект». Их главная задача будет состоять в том, чтобы «организовать составление, так сказать, „симфонической партитуры"», для чего необходим «режиссер», не боящийся «следовать своей интуиции», который сумел бы показать, как СССР превратился в единое целое, и для этого он стал бы «вовремя вводить в действие

Обложка.
DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М. Страница 155. Читать онлайн