ПравообладателямТворчество и судьба историка: Борис Александрович Романов, Панеях Виктор
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Панеях Виктор Моисеевич djvu   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В книге освещен жизненный и творческий путь выдающегося историка Б. А. Романова (1889—1957). Получив профессиональное образование в дореволюционном Петербургском университете как специалист по истории древней Руси, Б. А. Романов после Октябрьской революции стал активно разрабатывать проблемы внешней и внутренней политики России конца XIX—начала XX в. Он оставил глубокий след в историографии. Его перу принадлежит монография «Россия в Маньчжурии» (1928), «Люди и нравы древней Руси» (1947), «Очерки дипломатической истории русско-японской войны» (1947, 1955), комментарии к «Правде Русской» (1940, 1947). «Судебнику 1550 г.» (1952), ряд статей и публикаций источников. Работы Б. А. Романова основываются на блестящей источниковедческой технике, отличаются новаторством, отточенным литературным стилем, парадоксальностью, оригинальностью. Он опережал свое время, в котором ему приходилось жить и творить (20—50-е годы), — время идеологического гнета, принудительного единомыслия, проработок и репрессий. Б. А. Романов разделил участь многих представителей петербургской исторической школы, был репрессирован в 1930 г. по так называемому Академическому делу 1929—1931 гг., отбывал срок заключения на строительстве Беломоро-Балтийского канала, подвергался высылке на 101-й км, гонениям и проработкам, он постоянно ощущал себя аутсайдером советской исторической науки. Б. А. Романов в период недолгого преподавания в Ленинградском универ-ситете (1944—1953 гг.) создал свою школу, воспитал замечательных историков.

DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М.
Страница 107. Читать онлайн

торые особенности исследовательского почерка Б. А. Романова, который, «подняв предварительно громадные пласты свежего архивного материала, сумел» в своей книге «этот материал собрать и развернуть перед читателем, обогатив литературу вопроса новыми данными, внеся во многом существенно новое освещение»," тщательно проработав богатейший фактический материал" и не «отступая в своем изложении ни на шаг от документальных данных, нанизывая на нить своего, почти прагматического, повествования заключающиеся в них мельчайшие факты, заимствуя из архивов и из литературы все, что может послужить к объяснению и освещению воспроизводимых фактов».

Подобным же образом оценил А. Л. Попов решение Б. А. Романовым в ero книге специальной задачи- «вскрыть ту историческую правду, которую Витте в своих воспоминаниях скрыл, затушевал или исказил», и эта задача определялась для автора книги, по справедливому мнению А. Л. Попова, тем, что «политическая значимость фигуры Витге для 90-х гг. <...> громадна», почему Б. А. Романову «приходилось в своем изложении уделять ей исключительное внимание»."

Нетрудно заметить, что А. Л. Попов в данном случае отметил ценность именно источниковедческого аспекта работы Б. А. Романова, особо выделив критику мемуаров Витте. Непонятно, однако, как это согласуется с мнением рецензента, согласно которому автор проявил «чрезмерно доверчивое отношение к источникам»,' и можно ли на одной странице рецензии утверждать, что «автор с большим мастерством разоблачает роль Витте»," а на других высказывать упрек в стремлении «устроить над Витте настоящую гражданскую казнь», в слишком неумеренном виттеборстве," которое «грозит разрастись в определенный и вредный методологический „уклон"»," — без определения рецензентом критериев соразмерности. Б. А. Романов, вероятно, имел в виду именно А. Л. Попова, когда, выступая на своем докторском диспуте, вспоминал об одном «из уважаемых <...> рецензентов», который упрекал автора в том, что он «буквально» не дает «шевельнуться Витте, без того, чтобы тут же и не ухватить ero за икры», и признался, что «принял тогда этот упрек с удовлетворением», так как «с этим делом в той книге» ему «хотелось покончить раз и навсегда, исчерпывающим образом, с корнем вырвать <...> легенды вокруг маньчжурской политики России, чтобы ни одной из них не дать возродиться вновь» ~4

Обложка.
DJVU. Творчество и судьба историка: Борис Александрович Романов. Панеях В. М. Страница 107. Читать онлайн