ПРИМЕНЕНИЯ СЗ В БУДУЩЕМ


...

ЛИТЕРАТУРНЫЕ ПРИМЕНЕНИЯ

До сих пор никто не понимает вполне, каким образом в определенной культуре вдруг рождаются фантастические истории. Однако ясно, что элементы СЗ присутствуют и играют важную роль во многих мифах, легендах, сказках и суевериях, в религиозной практике, исторических событиях и даже личных путешествиях. Ниже приведен перечень элементов, присутствующих во многих таких историях.

Наличие отражающей поверхности или объекта. Котел Ллуда, медная бутыль рыбака, заполненный кровью ров Одиссея, обсидиановое зеркало доктора Ди — везде присутствует отражающая поверхность, необходимая для СЗ.

Эта поверхность или объект могут характеризоваться как особые и даже волшебные. Например, Кеннэт Мак-Кензи в Шотландии проснулся однажды в полдень от шлепка — и нашел на своей груди камень для СЗ. Он говорил, что камень положили ангелы и лелеял его пуще всех других своих объектов для СЗ.

Сила объекта для СЗ обычно проявляется после магических или ритуальных актов. В мифологической литературе, множество таких примеров. Один из самых известных — злая мачеха Белоснежки. «Ты мне, зеркальце, скажи, кто на свете всех милее?», чтобы зеркало вынесло свое суждение. И Аладдин должен был полировать поверхность своей лампы, чтобы ее сияющая, чистая гаубина выпустила джинна.

Ритуалы всегда играли в СЗ ведущую роль. Несомненно, что почищенная поверхность улучшает свойство объекта для СЗ, но цель ритуала еще и в том, чтобы лодротовить смотрящего к видению. Исполнение старинных ритуалов убеждает человека, что он заслужил это видение.

С объектом для СЗ ассоциируются опреяемнные сущности. В объекте для СЗ почти всегда «приисутствствуют духи — злые или добрые. Это видим и в театрах, и в действительной жизни. У меня были подобные явления привидений которые выходили из зеркала. Джинн Аладдина выскакивал из лампы, как и дракончики Ллуда из Селтика. Человек может войти в зеркальную область. Мы теперь знаем из моих экспериментов, что вхождение человека в зеркальную область через объект для СЗ обычное явление. Оно объясняет фантастические путешествия Алисы в книге Льюса Кэролла «Зазеркалье». Оно же может объяснить опыт Одиссея, когда он глядел в мир духов через мерцающей кровью ров.

Литературные примеры такого рода часто представляются забавными и непостижимыми. Понимая, что такие преобразования составляют часть СЗ, легко представить себе, что и в литературе опыты СЗ сыграли свою роль.

Переход между обычным миром и областью, населенной зеркальными сущностями, может быть равно рискованным для людей и зеркального народца. Так как у джинна из бутылки на уме убийство, рыбак должен обмануть его, чтобы вновь заключить в бутылку. С другой стороны, пьяных от медовухи драконов в Селтике ловят вне зеркала. История нимфы Нума представляет промежуточный вариант: нимфа трансформируется в тот самый фонтан, из которого вышла.

В реальной жизни заниматься СЗ столь же рискованно. Опасность исходит не из зазеркалья, а от окружающих людей. Джон Ди был преследуем обвинениями в колдовстве всю свою долгую жизнь. Калиостро считался шарлатаном (им он тоже был). А бедный Мак-Кензи был погребен головой вперед в кипящей смоле за открытую королеве правду о ее флиртующем супруге, которого он увидел с другой женщиной в своем зеркале для СЗ.

Смерть и печаль играют большую роль в легендах. Как и в видениях реальных людей, смерть, печаль, обездоленность присутствуют в большинстве этих повествований. Отец Аладдина умер, как и мать Белоснежки. Одиссей отплыл в Эфир сразу после смерти своего товарища Элфенора. Вглядываясь в ров с кровью, он узнал о кончине матери, Антиклеи.

Психология bookap

И снова мифы и реальности идут вместе, потому что именно печаль мощно подвигает людей искать зеркальных видений. И как мифические, так и живые личности находят утешение в своих горестях, увидев усопших любимых.

Акцент на разлуке супругов, домашней дисгармонии, социальных волнениях. Одиссей отправился в Оракул Мертвых в Эфире, чтобы узнать, сможет ли он вернуться домой к жене, Пенелопе. Мачеха завидовала прелести Белоснежки и поэтому пыталась убить ее. И семью Аладдина, конечно же, очень беспокоил джинн из лампы.