ПравообладателямПонимание Медиа: Внешние расширения человека, Маклюэн Маршалл
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Маклюэн Маршалл Герберт pdf   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

Артефакты в роли средств коммуникации Маршалл Маклуэн понимает как внешние «продолжения» человека (в книге "extensions" ошибочно переводится как "расширение"). В этом качестве в книге рассматриваются не только газеты, радио и телевидение, телефон, книгопечатание или письменность, слово, как оно выступает в устном и письменном виде, а также другие артефакты.

Автор показывает, что коммуникационное воздействие артефактов является определяющим для понимания целых эпох в жизни человечества. Подобно тому как иероглифы и другие виды древней письменности были необходимы для древних цивилизаций и, соответственно, преодоления племенной организации общества, алфавит "передал" власть от жрецов военной аристократии, и его воздействие привело к формированию античного мира с его "греческим чудом"; книгопечатание "породило" Реформацию (индивидуализм, национальные языки и национальные государства) и стало прототипом индустриальной революции; радио помогло не только Гитлеру, но и Рузвельту.

Телевидение не только стимулирует многосенсорное восприятие и интерес к глобально широкому миру, но и повседневную мифологизацию происходящего, что не может не проявляться в усилении религиозного сознания.

Ключевую роль скрытого (фонового) воздействия средств коммуникации Маклуэн выразил своим знаменитым афоризмом «Средство коммуникации есть сообщение» (The Medium is the Message). Так он назвал и первую главу своей книги.

PDF. Понимание Медиа: Внешние расширения человека. Маклюэн М. Г.
Страница 19. Читать онлайн

"< ' '><«" »

20-

блюдениях вроде такого: «Месть есть своего рода стихийное и дикое правосудие»". Если пассивный потребитель жаждет упаковок, то люди, питающие интерес к приобретению знания и поиску причин, будут, по его мнению, обращаться к афоризмам, и как раз потому, что они не завершены и требуют глубокого участия.

Принцип, отличающий горячие средства коммуникации от холодных, получил идеальное воплощение в народной мудрости: «До девок, коль на них очки, уже не падки мужички». Очки интенсифицируют внешнее зрение и с избытком заполняют женский образ; библиотечная крыса Мэрион не в счет. С другой стороны, темные очки создают загадочный и недоступный образ, приглашающий к заинтересованному участию и достраиванию.

Опять-таки, когда в визуальной и высокограмотной письменной культуре мы впервые встречаемся с каким-нибудь человеком, его внешний вид приглушает звучание его имени, так что мы в целях самозащиты добавляем: «Как, вы сказали, ваше имя?» В то же время в слуховой культуре звш«ш«е человеческого имени является всепоглощающим фактом, о чем знал Джойс, когда говорил в till(liltliiiii< чолы «Кто дал тебе это немя?»' Ибо имя человека — это ошеломляющий

6

удар судьбы, от которого ему так и не суждено оправиться.

Другой удобной отправной точкой для прояснения различия между горячими и холодными средствами коммуникации является «практическая шутка», или розыгрыш. Горячее письменное средство коммуникации исключает практический и участный аспект такой шутки настолько безоговорочно, что Констанс Рурк в своей книге «яро«рока<ижий ю.н<эр»" вообще не рассматривает розыгрыш как шутку. Для письменного народа розыгрыш с его тотальной физической вовлеченностью столь же неприятен, как и каламбур, сбрасывающий нас под откос с рельсов ров-

<7

ной и единообразной прогрессии книгопечатного порядка. И в самом деле, грамотному' человеку, совершенно не сознающему крайне абстрактную природу такого средства коммуникации, как книгопечатание, «горячими» кажутся более грубые и участные формы искусства, а «холодной»- его абстрактная, исключительно письменная фор-

40

ма. «Можете заметить, мадам, — говорил с бойцовской улыбкой доктор Джонсон, — что я хорошо воспитан вплоть до ненужной скрупулезности». И доктор Джонсон был прав, предполагая, что «xopouree восоитание» стало означать беловоротничковый акцент на одеянии, способном соперничать со строгостью печатной страницы. «Комфорт» заключается в устранении визуального упорядочения в пользу такого, которое допускает непроизвольное участие чувств, т. е. в утверждении такого состояния, которое исключается, когда какое-то одно чувство, в первую очередь зрение, разогревается до точки превращения в доминирующую ситуационную команду. С другой стороны, в экспериментах, в которых устраняются все поступающие извне ощущения, субъект начинает неистово заполнять и достраивать свои чувства чистыми галлюцинациями. Таким образом, разогревание одного чувства имеет тенденцию оказывать гипнотическое воздействие, а охлаждение всех чувств обычно вызывает галлюцинации.

21 июня ! 963 г. газетный заголовок возвестил:

НА 60 ДНЕЙ ОТКРОЕТСЯ ПРЯМАЯ ЛИНИЯ «ВАШИНГТОН — МОСКВА»

Лондонская служба «2'

Вчера Чарлз Стил со стороны Соединенных Штатов и Семен Царапкин со стороны Советского

Союза подписали соглашение о создании линии экстренной связи между Вашингтоном и

Москвой...

По сведениям, полученным из американских официальных источников, эта линия связи, известная

как горячая линия, будет открыта в течение шестидесяти дней. В ней будут использованы

арендованные коммерческие линии связи, один кабель, беспроволочная связь и телетайпное

оборудование.

Решение использовать горячее печатное средство коммуникации вместо такого холодного и

участного, как телефон, крайне неудачно. Принятию такого решения, несомненно, способствовала

книжная склонность Запада к печатной форме, и основывалось оио на том, что печать безличнее

телефона. В Москве печатной форме придается совершенно иное значение, чем в Вашингтоне.

Равно как и телефону. Любовь русских к этому инструменту общения, столь созвучная их устным

традициям, определяется тем богатым невизуальным вовлечением, которое он обеспечивает.

-20

Обложка.
PDF. Понимание Медиа: Внешние расширения человека. Маклюэн М. Г. Страница 19. Читать онлайн