ПравообладателямПонимание Медиа: Внешние расширения человека, Маклюэн Маршалл
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Маклюэн Маршалл Герберт pdf   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

Артефакты в роли средств коммуникации Маршалл Маклуэн понимает как внешние «продолжения» человека (в книге "extensions" ошибочно переводится как "расширение"). В этом качестве в книге рассматриваются не только газеты, радио и телевидение, телефон, книгопечатание или письменность, слово, как оно выступает в устном и письменном виде, а также другие артефакты.

Автор показывает, что коммуникационное воздействие артефактов является определяющим для понимания целых эпох в жизни человечества. Подобно тому как иероглифы и другие виды древней письменности были необходимы для древних цивилизаций и, соответственно, преодоления племенной организации общества, алфавит "передал" власть от жрецов военной аристократии, и его воздействие привело к формированию античного мира с его "греческим чудом"; книгопечатание "породило" Реформацию (индивидуализм, национальные языки и национальные государства) и стало прототипом индустриальной революции; радио помогло не только Гитлеру, но и Рузвельту.

Телевидение не только стимулирует многосенсорное восприятие и интерес к глобально широкому миру, но и повседневную мифологизацию происходящего, что не может не проявляться в усилении религиозного сознания.

Ключевую роль скрытого (фонового) воздействия средств коммуникации Маклуэн выразил своим знаменитым афоризмом «Средство коммуникации есть сообщение» (The Medium is the Message). Так он назвал и первую главу своей книги.

PDF. Понимание Медиа: Внешние расширения человека. Маклюэн М. Г.
Страница 143. Читать онлайн

144-

приобретает не меньший интерес, чем самые великие вопросы. Ибо «глубина» означает «во

взаимосвязи», а не «в изоляции». Глубина означает не точку зрения, а озарение; озарение же есть

своего рода ментальное вовлечение в процесс, заставляющее содержательную сторону предмета

казаться совершенно вторичной. Само сознание есть инклюзивный процесс, вообще не зависящий

от содержания. Сознание не постулирует сознания чего бы то ни было в частности.

Что касается джаза, то долгоиграющая пластинка внесла в него многочисленные изменения,

например, культ «настоящего кул-друла», ибо значительно возросшая продолжительность

звучания одной стороны пластинки означала, что джаз-бэнд получил реальную возможность для

322

долгого и свободного разговора между инструментами. Благодаря этим новым средствам

репертуар 20-х годов был возрожден и получил новую глубину и сложность. Вместе с тем,

сочетание магнитофона с долгоиграющей пластинкой революционизировало репертуар

классической музыки. Как магнитофонная лента ознаменовала начало новых исследований устных

(а не письменных) языков, так она вобрала в себя и всю музыкальную культуру многих столетий и

стран. Там, где раньше существовала узкая выборка из разных периодов и композиторов,

магнитофон в сочетании с долгоиграющей пластинкой подарил полную гамму музыки, сделав

шестнадцатое столетие cTQJI» же доступным, как и девятнадцатое, а китайскую народную песню

- такой же близкой, как и венгерская.

Краткое резюме технологических событий, имеющих отношение к фонографу, можно было бы

представить следующим образом.

Телеграф перевел письмо в звук, и этот факт непосредственно связан с рождением телефона и

фонографа. С появлением телеграфа единственными оставшимися стенами являются языковые

стены, которые легко сметаются фотографией, кино и фототелеграфией. Электрификация письма

была почти таким же великим шагом в невизуальное слуховое пространство, как и последующие

шаги, предпринятые вскоре после этого телефоном, радио и телевидением.

Телефон: речь без стен.

Фонограф: музыкальный холл без стен.

Фотография: музей без стен.

Электрический свет: пространство без стен.

Кино, радио и телевидение: классная комната без стен.

Собиратель пищи снова возрождается, но теперь уже как собира~ель информации. И в этой роли

электронный человек является кочевником не меньше, чем ero палеолитические предки.

МИР, ))АМОТАБКЬЗЙ HA КАТУИТКУ

В Анпзии кинотеатр первоначально называли «Биоскопом» (от греч. Биос, «образ жизни»), так как он визуально представлял реальные движения живых форм. Кино, с помощью которого мы наматываем реальный мир на бобину, чтобы потом раскрутить ero как ковер-самолет нашей фантазии, — это выставленное напоказ бракосочетание старой механической технологии с новым электрическим миром. В главе, посвященной колесу, мы уже рассказывали, что кино родилось из попытки сфотографировать летящие копыта скачущих лошадей, и это было весьма символично, ведь установить последовательный ряд фотокамер для изучения живого движения значит особым образом соединить механическое с органическим. В средневековом мире, что любопьпно, изменение органических существ прелставлялось в виде последовательной смены одной статичной формы другой. В воображении людей того времени жизнь цветка была своего рода кинематографической чередой фаз, или сущностей. Кино есть полное осуществление средневековой ндси изменения в форме развлекательной иллюзии. К появлению кинофильма, как и телефона, были напрямую причастны физиологи. В фильме механическое предстает как органическое, а рост цветка можно изобразить так же легко и свободно, как движение лошади. Сплавляя воедино механическое с органическим в мире волнообразно колеблющихся форм, кино сближается с технологией печати. Задача читателя, образно говоря, в том, чтобы следить за чернобелыми последовательностями кадров, составляющими суть книгопечатания, снабжая их собственной звуковой дорожкой. Он пытается следить за очертаниями авторского разума, работая на разных скоростях

324

и пользуясь различными иллюзиями понимания. Трудно переоценить ту связь между печатью и

Обложка.
PDF. Понимание Медиа: Внешние расширения человека. Маклюэн М. Г. Страница 143. Читать онлайн