Часть первая. УДОВЛЕТВОРЕНИЕ В ЛЮБВИ


...

Раздел 5. Страх любви

Я описал расщепление личности между ребенком и взрослым, между чувствами сердца п стремлениями эго. Такое расщепление характеризует жесткую личность, которая идентифицируется в основном с эго и взрослой частью в себе Как мы убедились, жёсткость является защитой от боли, связанной с ранними переживаниями "разбитого сердца" и возможности очередного подобного опыта. С этим связан бессознательный страх отвержения, который перерождается в страх любви. Когда мы не любим, мы не рискуем потерять любовь, и не можем быть отвергнуты. Но таким образом мы попадаем в ловушку наших собственных защитных механизмов, само существование которых вызывает тот эффект, что наихудшие опасения становятся реальностью. Защита жёсткой личности встроена в структуру её эго. Отбрасывание вызывает регрессию от взрослого к ребенку и выраженную утрату уважения личности к себе, созданию которой человек посвятил много сил. Одна из пациенток описала эту дилемму очень ясно. Это была тридцатилетняя разведённая женщина, которая прожила два года в не удовлетворяющей ее связи с мужчиной, неустанно жалуясь на недостаток заинтересованности с его стороны. Однажды она решила принять важное решение: "Я перестала жаловаться и почувствовала по отношению к нему определенную любовь, но он сказал, что хочет большего, что хочет быть ближе. Я испугалась и начала рыдать. Если я поддамся ему, я буду травмирована. Если он меня оставит, я буду уничтожена. Если он меня не оставит, объединившись с ним, я утрачу себя, буду никем".

Как она могла чувствовать себя никем, если она отдалась любви? Все песни и стихи о любви говорят, что самоотдача в любви возвышает человека, а не унижает. Это видимое противоречие заключается в том, что хотя чувства в состоянии влюбленности прекрасны и возбуждающи, перспектива влюбленности может казаться многим людям ужасающей, гак как она подразумевает снятие контроля эго. В той степени, в которой чувство "я" этой пациентки зависело от её эго, она почувствовала бы себя никем, если бы отдалась любви. Если бы в то же время её чувство "я" было основано на телесных чувствах, снятие контроля усиливало бы её эго, и она почувствовала бы себя кем-то подлинным. Люди, которые отщепили от себя телесные чувства, защищаясь от боли, связанной с "разбитым сердцем", основывают свою идентичность на способности контроля чувств. Этот контроль дает им чувство силы, которое является суррогатом настоящего чувства "я". Сила создает иллюзию, что они являются кем-то. Это, как мы убедимся в данном разделе, способ, который выбирают люди, боящиеся любить.

Идея, что любовь основывается на соединении двух людей, справедлива только в симбиотической связи младенца и матери. Когда младенец вырастает и становится независимым, эта связь изменяется. Независимость означает, что ребёнок сам по себе является кем-то. В то время как полная независимость не возникает до достижения зрелости, чувство ребёнка, что он является кем-то, появляется достаточно рано п в достаточно большой степени развито уже на шестом году жизни. Этот процесс зависит от кормления, заботы и ласки родителей. Ребёнок нормально не развивается или его развитие блокируется, из-за недостатка или утраты любви. В этой ситуации он не развивается нормально или эмоционально фиксируется на раннем периоде развития, несмотря на то, что он вырастает и достигает половой зрелости. На глубоком уровне — то есть в сердце — такой человек остаётся ребёнком, который не отделился полностью от матери для того, чтобы стать кем-то, способным к самостоятельной жизни. Хотя он кажется достаточно взрослым и независимым, эти черты не укореняются в полноте существования и чувстве безопасности, которую даёт любовь. Игнорирование такой позиции таит в себе опасность регрессии до эмоционального состояния младенца, что является ужасной перспективой для того, кто вырос в состоянии бессилия, зависимости и кто не имеет укоренённого чувства "я".

Поскольку такой человек требует любви, но боится ей полностью открыться, он строит со своими партнёрами отношения, в которых они взаимно используют друг друга. Они могу и испытывать по отношению друг к другу сердечные чувства, но эти отношения маскируют страх самоотдачи. Они являются бессознательным повторением отношении, связывающих такого человека с матерью или отцом. Если такие отношения существуют долго, они притупляют страх отвержения, но и не приносят более глубокого удовлетворения, так как не могут заменить любви.

Достаточно заглянуть под поверхность большинства отношении для того, чтобы открыть такую связь. Чаще всего они принимают следующий вид: если ты будешь удовлетворять мои потребности — я буду удовлетворять твои. Один пациент так выразил это, описывая свой брак: "Я играю роль отца маленькой девочки в ней, а она — роль матери маленького мальчика во мне". Может казаться, что такие отношения имеют шанс функционировать, по в реальности этот пациент ощущал огромную враждебность по отношению к матери за то, что она относилась к нему как к маленькому мальчику, и эту враждебность он переносил на жену. Он не отдавал себе отчёт в том, что его брак сохранялся благодаря этим отношениям, пока фундамент не начал трещать фундамент в основании. Он не мог вынести того, что к нему относилась как к маленькому мальчику женщина, которая сама была эмоционально незрелой. Но он не мог бросить жену, так как осознание того, что она нуждается в нём, давало ему чувство безопасности. Вообще говоря, люди страхуются таким образом в своих связях, опасаясь страха отвержения. Только посредством конфронтации со скрытой паникой можно справиться с этой проблемой.

Поль, сорокалетний врач, смог в этом убедиться во время одной из терапевтических сессий. "В моей груди есть напряжение", — сказал он мне. "Что-то стремится оттуда наружу". — Неожиданно он осознал, что чувство, которое было у него в груди — это печаль. "Я боюсь своей печали, — признался он. — Я осознал, насколько я был одинок. Я боюсь открыть сердце". Когда чувство печали углубилось, он сказал: "Как ты можешь делать со мной что-то подобное? Ты разбиваешь моё сердце". Поль говорил в настоящем времени, так как вновь переживал ощущение "разбитого сердца". Когда мы говорили о чувствах в его сердце, он заметил: "Нет, там нет никаких чувств. Там пустота. Я не чувствую своего сердца". Я интерпретировал его утверждение следующим образом: он не ощущает любви в своём сердце. Для того чтобы достичь любви, которую он заблокировал в раннем возрасте в целях самообороны, Поль должен был регрессировать до этана младенца. Лёжа на кушетке, он деликатно вытянул губы, как младенец, который собирается сосать. Когда он это сделал, то ощутил подавленную ранее тоску по матери и начал плакать. "Я хочу тебя, — сказал он и добавил, — я боюсь".

Детство Поля было похоже на детство других пациентов, описанных в этой книге. Когда умер его отец, Поль стал маленьким хозяином дома. Мать вела себя по отношению к нему соблазнительно, склоняя его к интимному контакту, но когда он выражал какую-либо сексуальную заинтересованность ею, унижала его и контролировала. Это была болезненная связь, так как Поль постоянно должен был ставить желания и потребности матери впереди своих желании и потребностей. Из-за вины за сексуальные чувства по отношению к матери и из-за страха быть брошенным, он обещал быть "хорошим мальчиком".

В процессе терапии Поль смог признать свою печаль и анализировать свою связь с матерью. "Впервые я чувствую то, что чувствовал будучи ребёнком — заметил он. — Бедный ребёнок. Это приводит меня в бешенство". А затем он освободил часть своего гнева, нанося удары по мату.

Этот инцидент в терапии Поля был одним из нескольких драматических эпизодов, которые позволили ему реально посмотреть на собственную личность. Перед началом терапии он не осознавал, что ему недостаёт любви, так как у него были многочисленные связи с женщинами, к которым он был привязан. Но эти связи повторяли его отношения с матерью, к которой он до сих пор был привязан. Он заботился об этих женщинах и являлся по первому их зову, а они взамен этого отдавались ему сексуально. Эти связи основывались не на страсти или глубоком чувстве, а на потребности. Некоторые люди на основе таких взаимоотношении создают семьи, но Поль искал чего-то более глубокого и богатого — любви. Из-за этого он никогда не был женат. Несмотря на то, что он пробовал, он никак не мог найти любовь, главным образом потому, что сам не был открыт для неё.

Поль видел себя как человека, который может позаботиться о женщине. Это давало ему чувство силы и превосходства, которые компенсировали его внутреннее чувство "бедного маленького мальчика". Как бедный маленький мальчик, он чувствовал бессилие по отношению к соблазнительному поведению и угрозам матери. Однако компенсаторные механизмы только изменяют вид реальности: на сексуальном уровне Поль всё ещё был "бедным маленьким мальчиком", психически кастрированным матерью. Эта кастрация проявилась в его неспособности ухаживать за женщиной, опираясь на собственную мужественность, а не на умение служить. Однако эта компенсация имела определённую цель — поддержание его способности к эрекции, уменьшающей страх перед унижением и отвержением. К сожалению, это одновременно редуцировало способность к оргазму.

Такие отношения опираются на что-то, что обе стороны считают своими потребностями. Женщина может требовать, например, восхищения своей неотразимостью, интеллигентностью и умением эротического флирта, к которым она привыкла в детстве. Но эти качества больше заслуживают восхищения у ребёнка, чем у женщины. Однако, многие мужчины действительно восхищаются ими — они привлекательны для "маленького мальчика" в них, а также служат их потребностям мужественности и превосходства. Такое дополнение можно воспринять как идеальные отношения, но на практике так никогда не получается, поскольку не удовлетворяет настоящих потребностей ни одного из партнёров. Мужчину может возбуждать женщина, играющая роль соблазнительной маленькой девочки, но её недостаточная эмоциональная зрелость, особенно на сексуальном уровне, оставляет его неудовлетворённым. Ему не будет нравиться её зависимость от него, как и его собственная доминирующая позиция, потому что он сам нуждается в удовлетворении и опеке. В результате, если в нём есть "маленький мальчик", то как он может заботиться о женщине? Рано или поздно то, что должно было гарантировать прекрасный роман, спровоцирует распад отношений с взаимными обвинениями и враждебностью.

Наша потребность в связях может вызвать иллюзию, что в этих связях мы будем чувствовать себя более сильными и защищенными. Но это чувство безопасности иллюзорно, так как сила и любовь — антагонистические ценности. Сила никогда не обеспечит любви, особенно сила, основанная на деньгах пли сексапильности. Она укрепляет только образ самого себя, делая нас более осознающими эго; любовь требует отдачи эго и укрепляет наше телесное "я". Мы не можем контролировать кого-то и одновременно любить его. На основе той же самой логики мы не можем утверждать, что мы влюблены и при этом полностью себя контролировать. Самоконтроль — важный элемент только в таких отношениях, в которых появляется сила.

К сожалению, родители часто используют силу по отношению к своим детям в виде наказания. Не имеет значения, используем ли мы наказание по отношению к преступникам или к детям; в обоих случаях она является проявлением силы. Хотя она может иметь оправдание как метод коррекции поведения, её настоящей целью является показать другому человеку, кто здесь начальник. Сила может обеспечить дисциплину, но также легко вызывает бунт. Использование её по отношению к детям — весьма спорный вопрос. Дети невинны, то есть они ничего не делают со злым умыслом; кроме того, они относятся к родителям как к опекунам, а не как к людям, назначающим наказание. Ребёнок переживает наказание как предательство любви и доверия. Как может быть иначе? Конечно, ему говорят, что это для его же блага. Он даже может иногда в это поверить. Если он это сделает — он предаст себя, становясь противником собственных чувств. Дрессировщики собак во время дрессуры избегают наказания, так как они знают, что существуют лучшие способы достижения целей. Собаки любят радовать своего хозяина, поэтому намного полезнее награждать их хорошее поведение. Как знает каждый дрессировщик, дрессировка собаки требует терпения — многие родители имеют его слишком мало даже по отношению к собственным детям.

Так как дети не располагают никакой реальной силой против своих родителей, они вынуждены подчиняться их силе. Однако это подчинение происходит только на поверхности. Внутри возникает сильное сопротивление. Чаще всего они не плачут, когда их бьют или унижают. Как мы убедились, мужчины, которых в детстве били отцы, имеют большие трудности с плачем, независимо от глубины травмы. Когда такая ситуация возникает во время терапии, они объясняют это как форму защиты. "Я не позволю ему получить удовлетворение от чувства, что он добрался до меня", — говорят они так, как будто их отцы сейчас присутствуют в кабинете. Эта защита встраивается в тело как жёсткость и генерализуется. Позицию "никто не доберётся до меня" такие люди переносят на всю свою жизнь, распространяя её на всех людей, с которыми их сводит судьба.

Некоторые взрослые, из-за плохого отношения к ним в детстве, прячут свои чувства глубоко внутри себя. Молодая женщина, выражение лица которой напоминает маску, объясняет это, говоря: "Мать всегда наблюдала за мной, всегда изучала моё лицо. Знание того, что я чувствую, давало ей чувство удовлетворения. Я вынуждена была скрывать от неё свои чувства". Укрывание своих чувств может давать человеку чувство силы в его отношениях с другими, но одновременно исключает возможность доверия. Таким образом, самоконтроль, который кажется чертой, достойной уважения, является проявлением страха любви.

Большинство связей между мужчиной и женщиной начинаются с любви, но распадаются из-за борьбы за власть, которая развивается после достижения определённой интимности. Говорят, что близость порождает пренебрежение. Когда пара начинает совместную жизнь, каждый видит слабости и ошибки другого, которые можно использовать с целью достижения преимущества и превосходства. Критика с одной стороны вызывает критический ответ с другой. Когда это происходит, возбуждение, которое объединяло пару, исчезает, но чаще всего они остаются вместе из-за выгоды. Однако такая связь приводит к взаимному травмированию. Оба чувствуют себя пойманными в ловушку, что напоминает им по разным причинам их детство. Они могут прервать эту связь, могут бороться в её рамках или смириться с утратой надежды на любовь и радость. Такое смирение может привести к злокачественным новообразованиям, борьба к заболеванию сердца. Разрыв отношений не является решением, так как следующая связь часто оказывается ничуть не лучше предыдущей. Для того чтобы освободиться из этой ловушки, пара должна работать над своим страхом любви.

На глубоком уровне страх любви идентичен со страхом перед противоположным полом-. Все мужчины бессознательно идентифицируют женщин со своими матерями, а женщины — мужчин с отцами. Такая идентификация естественна. Если бы наши родители противоположного пола были хорошими, любящими и сильными, мы не имели бы никаких проблем со своими партнёрами. Однако это бывает очень редко. Большинство людей вспоминают свою связь с родителями как конфликтную. Их использовали, предавали и обижали. Выживание требовало таких, отношений, позволяющих жить в чувстве безопасности, благодаря отрицанию многих негативных аспектов связи и подавлению большинства негативных чувств. Однако подавление только вытесняет эти чувства в бессознательное; они всё ещё функционируют в человеке очень тонким и коварным образом.

Питер, так же как и Тони из предыдущего раздела, обратился за помощью по поводу депрессии. Его не радовали ни работа, ни семенная жизнь. Он находился в постоянном конфликте с женой, которая обвиняла его в том, что он ведёт себя с ней себя замкнуто и избегает секса. Он признался, что она не возбуждает его, и он не может реагировать сексуально, когда она ищет близости с ним в интимной ситуации. Он также жаловался на то, что жена его не понимает и вызывает в нём чувство вины за его недостаточную заинтересованность ею. Кроме этого Питер видел пороки в ней самой: у неё был избыточный вес, она была плохой хозяйкой и в очень малой степени была ответственной за себя. Питер чувствовал себя ужасно, но когда я навёл его на мысль, что он может развестись, он не согласился со мной. Он сказал, что испытывает по отношению к жене много тёплых чувств, и что временами им хорошо вместе. Кроме этого, он не хотел остаться один. Он отдавал себе отчёт в том, что замкнут и это было бы проблемой в любой связи с женщиной. Эта замкнутость также плохо сказывалась на его отношениях на работе. Питер признал, что он попал в ловушку, и это углубляло его депрессию. Вытащить его из депрессии было не простым делом: надо было понять и разрешить все ограничивающие его личность силы, которые имели свой источник в детстве.

Питер был младшим из трёх братьев. Когда ему было пять лет, его родители разошлись и он остался с матерью. Хотя время от времени он виделся с отцом, у них не было близких отношений. Мать неустанно оскорбляла отца, что было причиной отчуждения мальчика от него. Оба брата были на несколько лет старше его, и у него был с ними слабый эмоциональный контакт. Питер остался с матерью, которая работала на полную ставку. Он описал её как печальную, подавленную женщину, постоянно измученную, которая мало что могла ему дать и негативно относилась ко всем его желаниям. Однако ему было жаль её, и он старался, как это сделал бы каждый мальчик, обеспечить ей хорошее самочувствие. Это не приносило успеха, а Питер чувствовал, что от него ждут чего-то, что он не в состоянии дать.

Замкнутая личность Питера проявлялась в его теле, которое было очень напряжено. У него были сжатые челюсти, суженные глаза. Однако больше всего обращала на себя внимание раздутая грудь, которая должна была скрывать глубокую печаль. К счастью, во время дыхательных упражнений Питер быстро начинал рыдать. Он чувствовал трагический характер как своей жизни, так и жизни матери. Плач освободил часть печали, и он почувствовал себя лучше, но это не разрешило конфликтов. Питер хранил в верхней части спины огромную враждебность к женщинам. Он чувствовал себя подавленным из-за их печали и бессилия, и подвергался критике за свою недостаточную компетентность. Я склонил его к тому, чтобы он наносил удары по мату в терапевтическом кабинете, и он смог выразить свой гнев по отношению к жене и матери. "Оставь меня в покое, кричал он. Я не твой узник, я не могу постоянно заботиться о тебе, я зол на тебя, я могу тебя убить!" Чем больше гнева он выражал, тем лучше себя чувствовал. Эго позволило ему почувствовать, что он может быть свободным, что он может быть мужчиной, и что он не должен выполнять функцию "жеребца" собственной жены. Он будет реагировать на неё, когда у него будет желание.

Это правда, что недостаточная заинтересованность Питера по отношению к жене могла быть способом блокирования чувств. Это напоминает поведение ребенка, который не ест назло маме. Язвительное поведение является косвенным выражением гнева, и используется в тот момент, когда непосредственное его выражение невозможно. Временами, когда Питер лежал рядом с женой, у него возникала эрекция, но когда она начинала приставать к нему, эрекция исчезала. То, что Питер осознал язвительный характер такого поведения, не изменило его. Для того, чтобы это произошло, он должен был выразить скрытый гнев. Я сказал ему, чтобы он сопротивлялся собственной жене, как он делал время от времени. Это поразительно, что когда дело доходило до авантюры, его половая потенция росла, а контакт с партнершей улучшался, но он испытывал чувство вины из-за собственной уверенности в себе н из-за гнева. Это чувство вины имело сексуальную подоплёку.

Питер рассказывал, что его мать имела привычку сидеть на софе в прихожей с раздвинутыми ногами и открытой промежностью. Когда он проходил мимо, его взгляд непременно притягивался к этой части её тела. Но когда она замечала, что он на неё смотрит, то посылала ему такой страшный взгляд, что он моментально уходил. Это случалось достаточно часто, поэтому он не мог себе запретить смотреть. Он испытывал стыд, особенно с тех пор, как стал отдаваться садистическим и порнографическим сексуальным фантазиям. Эти фантазии вызывали ужасное самочувствие и подтверждали, как ему казалось, значение неодобрительного взгляда матери. Но он не мог гневаться на неё, так как был от неё зависим; ему было жаль её, и он думал, что это он нарушает нормы. Он был пойман в ловушку, и замкнулся в себе для того, чтобы скрыть собственный стыд. Не имея возможности отомстить матери за то, что она его возбуждала, а затем отвергала, он мстил жене, блокируя свои сексуальные чувства.

По моему мнению, большинство мужчин боятся женщин. Они обычно не осознают этот страх, подобно тому, как не осознают собственной враждебности. Они могут утверждать, что секс доставляет им удовольствие, но если у них есть неосознаваемые негативные чувства по отношению к женщинам, они будут не в состоянии полностью отдаться в сексе и удовлетворение будет неполным.

Многие мужчины вовлечены в борьбу за власть со своими партнёршами. Они воспринимают женщин как контролирующих и требующих и считают, что вовлечение в любовную связь связано с утратой личной свободы. Такие мужчины чувствуют себя вынужденными вступать во внебрачные связи, относясь к ним как к подтверждению собственной свободы. Временами такое положение вызвано внутрисемейной ситуацией, по даже в таком случае я предполагаю, что мать этого мужчины была контролирующей. Подавляя воспоминания об этих детских переживаний, мужчины проецируют на женщин злость, которую испытывали по отношению к собственным матерям. Всё это происходит на неосознаваемом уровне, и поэтому конфликты между супругами так сложны для разрешения.

Следует заметить, что настоящий мужчина не может быть подчинённым или контролируемым женщиной. Разве он не ранен ей? Если так, то почему он не может удержать собственную позицию? Неспособность мужчины противостоять женщине указывает на факт, что он относится к ней как к материнской фигуре. Если он жалуется, что жена подвергает его психической кастрации, можно только констатировать тот факт, что мать уже смогла его кастрировать. Женщина может кастрировать ребёнка, но не настоящего мужчину.

В таких случаях следует рассмотреть историю детства мужчины для того, чтобы понять, почему и каким образом он утратил мужественность. Без сомнения, его страх перед женщинами происходит из чувства "разбитого сердца", которое было его уделом в детстве в отношениях с матерью. Процесс анализа имеет целью помочь ему освободиться от фиксаций, связанных с прошлым, для того, чтобы он мог полнокровнее жить в настоящем.

Некоторые мужчины откровенно жестоки и садистичны по отношению к женщинам. Вместо того, чтобы сдерживать негативные и полные злости чувства, они реализуют их в действии. Уже при небольшой фрустрации такие мужчины впадают в ярость. Может показаться, что такой: взрыв является проявлением злости, но есть существенная разница между злостью и яростью. Выражение злости — конструктивная деятельность, направленная на возвращение в отношения между людьми позитивных чувств. В то же время ярость имеет негативное влияние;" её цель — контроль над другим человеком. Она происходит из фрустрации, а не из травмированных чувств и часто является отрицанием силы другого, это объясняет, почему она чаще всего выплёскивается на слабых.

Немногие мужчины могут противостоять женщине непосредственно, сохраняя уверенность в себе Такие мужчины способны ощущать в связях глубокую сердечность и чувство безопасности, а эти позиции выражаются в половом акте — они не страдают от преждевременной эякуляции и блокирования оргазма.

Пассивные мужчины имеют тенденцию к преждевременной эякуляции. Напряжение в теле, возникающее из потребности подавления негативных чувств, уменьшает их способность оставаться с нарастающим возбуждением. Они не могут отдаться собственному возбуждению, так же как не могли отдаться злости по отношению к матери и другим женщинам. Является ли преждевременная эякуляция у таких мужчин способом мести партнёрше, так как это лишает её удовлетворения? Может быть, но при этом уменьшается также их собственное удовлетворение. Преждевременную эякуляцию можно также интерпретировать как выражение страха не справиться с женщиной во время нарастающего возбуждения.

В го же время мужчины, испытывающие враждебность, сохраняют способность к эрекции, задерживая эякуляцию, что даёт им чувство силы. В процессе этого неосознаваемого маневра член в эрегированном состоянии рассматривается как инструмент доминирования над женщиной, дающий возможность наказания её. Опоздание оргазма также рассматривается как способ не поддаться. Результатом этого маневра является уменьшение удовольствия и удовлетворения мужчины. Уменьшается также удовлетворение партнёрши, так как её возбуждение инициируется и частично зависимо от его возбуждения.

Многие мужчины стараются целенаправленно сдержать эякуляцию для того, чтобы дать возможность партнёрше достичь оргазма. Чаще всего они добиваются этого, отщепляя сознание от секса, достигая снижения возбуждения. Такое поведение редко бывает полезным для обоих партнёров. В такой ситуации женщина должна предпринимать усилия для того, чтобы достичь оргазма, так как общий уровень возбуждения низкий. Мужчина получает слабое удовлетворение в такой близости, хотя может ошибочно считать, что удовлетворил партнёршу. Бессознательно мужчина рассматривает женщину как монстра, который, если его не удовлетворить, может его уничтожить. Сдерживание эякуляции равнозначно сдерживанию чувств. Оно отягощает отношения сильным стрессом и делает мужчину предрасположенным к заболеваниям сердца. Оно является аналогией прерванного полового акта, в котором мужчина может подавлять возбуждение для того, чтобы контролировать собственные реакции.

Любить женщину — значит черпать в ней удовольствие. Если мы произнесём это утверждение наоборот — это также будет справедливо. Получить удовлетворение от женщины — значит любить её. Но ни один мужчина не может черпать в женщине удовлетворение, если он боится её и чувствует потребность в контроле пли доминировании и вообще имеет по отношению к ней враждебные и полные злости чувства. Если мужчина боится женщину, он будет ей служить; если он враждебен пли садистичен — он будет желать, чтобы она ему служила. В то же время любовь — это акт самоотречения. Она не является также чем-то, что мы даём. Любовь возникает из того, чем она является — даром любящего человека.

Женщины, так же как и мужчины, опасаются любви. В детстве девочки, так же как и мальчики, становятся жертвами "разбитого сердца", так же втягиваются в родительские игры за власть и перетягиваются на одну или другую сторону в зависимости от потребностей родителей. Чаще всего, как мы имели возможность убедиться, девочка соблазняется отцом, входя с ним в определённого рода пакт против матери. Таким образом, она становится соперницей матери, которая сильнее её. В результате она ищет защиты у отца. Если она её находит, то попадает в ловушку зависимости от отца и становится, в конце концов, "маленькой папиной девочкой". Если отец не защитит её, в том случае, когда он опасается жены и испытывает чувство вины из-за своего соблазнительного поведения по отношению к дочери, она чувствует себя преданной. В таком случае она обращается к матери и становится "маминой маленькой девочкой".

Становясь взрослыми, "маленькие папины девочки" ведут себя соблазнительно па отношению к мужчинам и чувствительны к их потребностям, подобно тому, как это имело место в их связях с отцом. Свою роль они видят в том, чтобы "служить мужчине". "Мамины маленькие девочки" принимают противоположную роль. Так как их предали отцы, они ощущают злость и враждебность по отношению к мужчинам. Эти роли могут быть обратимыми. Женщина, которая играла роль внимательной и любящей дочери по отношению к сильному, напоминающему отца мужчине, может начать его очернять и проявлять критицизм, когда в нём начнёт проявляться "маленький мальчик". Она может также заботиться о находящемся в нужде мужчине, но этому всегда сопутствует чувство превосходства. Она может подумать: "Бедный мальчик нуждается в опеке матери". По этим же самым причинам сильная, агрессивная женщина может вести себя как маленькая девочка, когда она нуждается в сердечности и тепле.

Салли, которая пришла ко мне по рекомендации друзей, была привлекательной женщиной около сорока лет. В поисках чего-то неопределённого она уже пробовала различные терапевтические техники. У неё был собственный хорошо идущий бизнес, и возле неё крутилось несколько мужчин. Она могла бы выйти замуж за любого мужчину, который был ей безразличен. В то же время мужчин, которых она хотела, не интересовал брак с ней.

Встретив Салли в её профессиональной жизни или в кругу друзей, трудно было поверить, что у неё были какие-то проблемы. Она была полна жизни, производила впечатление счастливой и легко завязывала новые отношения. Но присмотревшись к ней внимательнее, можно было увидеть, что её поведение было фасадом. Когда она не смеялась и не была весёлой, у неё было натянутое лицо и глаза без чувств. Она производила впечатление потерянного человека, фасад которого должен был скрыть от неё самой и от других глубокую печаль. Её тело показывало глубокое расщепление личности. У неё была очень узкая талия, которая делила её тело на две разные части. Нижняя часть тела была полной и хорошо сформированной, но лишённой энергетического заряда, и поэтому производила впечатление пассивной. Дыхание не включало живот. Верхняя половина тела была узкой и маленькой, с хорошо развитой грудью. У неё была узкая и длинная шея, так что голова, казалось, слабо соединялась с грудной клеткой. Было очевидно, что между головой и сердцем, а также между сердцем и половыми органами была очень слабая связь.

Связи с мужчинами были у Салли достаточно необычными. Она отдавалась им сексуально, засыпала подарками и другими знаками внимания. В следствие этого мужчины её использовали. Но она не ощущала по отношению к ним злости, так как не ожидала от них ничего другого. Было ли её поведение любовью или какой-то формой самоотречения? Для того чтобы ответить на этот вопрос, мы должны проанализировать её связь с отцом, к которому она была очень привязана. Согласно её собственным словам, она сделала бы для него всё. Она очень им восхищалась. Он был серьезно ранен на войне, но выздоровел и стал преуспевающим адвокатом. Он был для неё всем, а она была его любимицей. Однако когда она повзрослела, её глаза утратили блеск. Что же на самом деле произошло между ними?

У Салли был старший брат, привязанный к матери, но в меньшей степени, чем она к отцу. Она никогда не была близка с матерью. Салли считала её незрелой и зависимой и ощущала по отношению к ней чувство превосходства. В процессе анализа она неоднократно признавалась, что мать не заботилась о ней. Я видел, что лицо Салли напряжено, дыхание — поверхностное, голос — сдавленный, что указывало на недостаточную материнскую опеку в период первых двух лет жизни. Когда она лежала на кушетке, вытягивание рук вызывало у неё очень болезненные чувства. Она заметила: "Это не имеет смысла. Я никогда этого не получу", — причем "это" относилось к любви. Затем она начала слабо плакать. На глубоком уровне Салли испытывала отчаяние. По ходу терапии чувство отчаяния углублялось. Она неоднократно утверждала, чго не хочет жить. Её фасад распадался. Это был болезненный, но необходимый шаг в борьбе за отыскание её "я".

Салли утверждала, что отец её любил, это объясняло её привязанность к нему. Но если бы его заинтересованность была лишена эгоизма, она имела бы позитивное ощущение себя как личности. К сожалению, его любовь к ней имела в себе элемент сексуальной заинтересованности. Когда мы анализировали этот аспект её жизни, она призналась, что осознавала эту заинтересованность. Несмотря на то, что она его очень любила, она не хотела оставаться с ним одна дома. Он неоднократно пробовал поцеловать её в губы, а когда-то предпринял попытку лечь в её постель, что её очень напугало. Когда она выросла и начала встречаться с мальчиками, отец был очень недоволен этим. Он сказал ей, что лёгкие в общении девушки — проститутки.

Как Салли должна была справляться с собственной сексуальностью, если она стимулировалась интересом отца, а подавлялась его пуританством? В результате она изолировалась от собственной сексуальности. Поэтому она не идентифицировала себя с нижней частью своего тела. Она была компульсивно чистой и несколько раз назвала нижнюю часть своего тела "грязной». Однако Салли выросла очень привлекательной сексуально женщиной: большинство мужчин испытывали по отношению к ней сильное влечение. Строение нижней части её тела указывало на её сексуальные возможности, в то время как там существовало напряжение, пассивность и недостаток ощущений, что было проявлением её страха отдаться в близости. Хотя у Салли было много мужчин, она никогда не переживала оргазм. Рассматривая свою сексуальную жизнь она сказала: "Я девственная проститутка".

Любила ли Салли мужчин? И да, и нет. Её связи с ними были отражением связей с отцом. Он обеспечивал ей определённую опеку, а она давала ему возбуждение. Но она не имела права на собственную сексуальность. Сексуальность была табуирована, поскольку Салли чувствовала возможность стать настоящей шлюхой, а не "проституткой, которая осталась девственницей". Она любила мужчин потому, что они были источником возбуждения и жизни, но также и ненавидела их за то, что они использовали её, позорили и унижали так же, как это делал отец. А так как будучи девочкой, а затем женщиной, она позволяла использовать себя, и даже провоцировала это, она испытывала ненависть к себе.

Салли не была жёсткой. Её грудь была в меру мягкой, а тело — гибким. Это не был обычный случай "разбитого сердца". Она была раздавлена до такой степени, что не имела чувства собственного "я", никакого чувства, что она имеет право желать пли просить о том, чего она хочет. В психиатрических терминах её можно было классифицировать как пограничную личность. Её чувство "я" было очень хрупким и легко могло разрушиться. Она могла бы также сказать, что у неё было открытое сердце. В следствие этого она не была склонна к заболеваниям сердца, как тип с жёстким, закрытым панцирем. Она не боролась за любовь, так как не верила, что кто-либо может её полюбить из-за неё самой. Однако, она нуждалась в определённых контактах с мужчинами; если бы не эта потребность, она была бы совсем одинокой.

Так как сердце Салли было открытым, можно с уверенностью сказать, что она питала определённую любовь к мужчинам, с которыми была. Но это чувство ограничивалось сердцем и не распространялось на всё тело. Если бы она любила этих мужчин как сердцем, так и телом, половой контакт с ними приносил бы ей удовлетворение, и она, хотя бы в определённой степени, получала оргазмическое удовлетворение.

Центральной проблемой жёсткой структуры характера является закрытость сердца для любви. Для Салли проблема была в том, как стать личностью, имеющей чувство "я". Вначале надо было выпустить её тоску, что позволило бы разрядить печаль посредством плача, затем помочь ей в ощущении и выражении злости, которая явилась бы реакцией на измену отца. Эта злость была также направлена на мужчин, которые использовали её уже взрослой. То, что они использовали её с её разрешения, ничем не изменяло скрытой злости. Давая ей выражение, Салли стала обнаруживать собственную сексуальность и наполнять нижнюю половину своего тела жизнью. Сейчас она уже могла любить по-настоящему.

Женщины, которые любят мужчин, не ощущают по отношению к ним ни чувства неполноценности, ни чувства превосходства н не имеют ни обид, ни враждебности. Так бывает, когда весь опыт женщины с противоположным полом в процессе её развития был позитивным: отец, братья и другие мужчины в семье относились к ней с уважением и сердечностью, а родители не пользовались дочерью как пешкой в своих играх. Такая позиция по отношению к ребёнку — мальчику пли девочке — возможна только в том случае, если в доме нет борьбы за власть, когда любовь и уважение являются доминирующей позицией по отношению ко всем членам семьи. В гаком доме царит общая атмосфера удовлетворения и хорошего самочувствия. Можно сказать проще: здоровые дети — результат любящих родителей. Но одной любви родителей недостаточно: еще важнее то, чтобы они любили друг друга, получая взаимное сексуальное удовлетворение. Девочки, которые выросли в семьях, где родители получали взаимное сексуальное удовлетворение, превратились в женщин, которые переживают оргазм в связях с любящими их мужчинами.

Одним из негативных последствий феминистского движения стал призыв к женщинам обвинять мужчин за своё недостаточное удовлетворение и чувство неполноценности. Такие обвинения по отношению к мужчинам несправедливы. Из представленной книги можно сделать вывод, что мужчины не получают больше удовлетворения в сексе, чем женщины. С точки зрения склонности к заболеваниям сердца и преждевременной смерти они являются слабым полом. Нельзя отрицать того, что они доминируют в таких областях как политика, бизнес и профессиональная среда — или там, где речь идёт о достижении и использовании власти. Эта власть часто используется против женщин. Но надо осознать, что достижение власти и использование её не улучшает самочувствия мужчин. Обладая властью, они любят не больше, живут не дольше, а также не переживают большей радости. В любых отношениях использование власти наносит ущерб как использующему ее, так и тому, на кого эта власть направлена. Как мы убедились, она негативно влияет на любовь.

В отношениях между двумя полами важно уважение, а не власть. Это означает, что женщине принадлежат такие же права, как и мужчине. Равная плата за равный труд — естественное право каждого человека. К сожалению, выражение "равная плата" ошибочно. Нам известна концепция, согласно которой женщина на руководящей должности должна получать такую же зарплату, как и мужчина на такой же должности. А как же быть с женщиной, которая работает в детском саду? Разве её работа менее важна? Разве не следует ей платить столько же сколько тому, кто выполняет какую-то иную функцию? А женщина, которая содержит дом — разве ее работа хуже? Если мы измеряем ценность исключительно деньгами, это означает, что мы используем власть также во всех межчеловеческих отношениях.

Если женщины будут стремиться к власти так же интенсивно как мужчины, они станут жертвами тех же заболеваний, которые сокращают жизнь мужчинам. К счастью, женщин в определённой степени защищает от этой опасности их естественная детородная функция. До сих пор стремление женщин иметь детей является более сильным, чем стремление к власти. Но женщина находит собственную самореализацию не только в рождении детей, но и в одаривании их любовью. Здесь природа также дала ей преимущество перед мужчиной, поскольку в акте заботы над детьми она может выразить свою любовь более непосредственно, чем мужчина. Женщины, заботящиеся о маленьких детях, менее подвержены как злокачественным новообразованиям, так и заболеваниям сердца.

Психология bookap

Можно сказать, что женщины опасаются любви меньше, чем мужчины. Они меньше боятся показывать свои чувства, меньше боятся чувственности, меньше заботятся о своём образе. Женщины плачут легче, чем мужчины, кроме прочего, из-за того, что от мальчиков больше требуют силы. Это имело смысл, когда мужчины были охотниками или воинами, и их первичная роль заключалась в обороне племени. Но жестокость в обличий утраты — не то же самое, что отвага в обличии опасности. Сдерживание слёз и рыданий, когда умирает любимый человек, является актом не отваги, а саморазрушения.

По замыслу природы мужчины всегда были полом более сильным физически. Но сила не должна означать жестокости пли жесткости. Чувствительность не менее ценна у мужчины, а не только у женщины, хотя она может даваться мужчине труднее, чем женщине. Так или иначе, мужчина, который не может ослабить защитные механизмы, созданные им для защиты от травм, никогда не будет способен к любви. Кроме этого, как мы увидим из следующего раздела, именно недостаток любви вызывает заболевания сердца.