ПравообладателямКлассический психоанализ и художественная литература, Лейбин Валерий
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Лейбин Валерий Моисеевич pdf   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В настоящем издании представлены работы классиков зарубежного психоанализа, аналитической психологии, характеранализа, гуманистического психоанализа, а также отечественных авторов, деятельность которых относится к раннему периоду развития психоанализа в России, дающие психоаналитическую трактовку конкретных художественных произведений. Это работы З.Фрейда, К.Г.Юнга, В.Райха, Э.Фромма, Н.Осипова, Н.Вырубова, С.Шпильрейн, А.Халецкого, И.Григорьева, Л.Выготского и др. Расположенные в хронологическом порядке, отражающем логику психоаналитических исследований в ее историческом и временном контексте, включенные в книгу тексты способствуют лучшему пониманию психоаналитического подхода к исследованию художественных произведений, а также творчества писателей и поэтов, чьи имена вошли в сокровищницу мировой литературы.

PDF. Классический психоанализ и художественная литература. Лейбин В. М.
Страница 95. Читать онлайн

94 Раздел I ларубезкиая исилоаиазииисиеская.имели

на минуту останавливается, находит сладость придуманного страдания непревзойденной и знает, как действительность уничтожает любой идеал:«Куда бы делся тогда Шиллер, ячменный кофе, и сладкие слезы, и грезы, и путешествие мое на луну, Ведь я потом ездил на луну, господа». Но это означает: оставаться в одиночестве, не привязывать сердце ни к чему земному!

И таким вот образом жизненный путь писателя становится протестом против действительности с ее требованиями. Но не так, как в «Идиоте», не так, как у того больного чиновника, у которого «ни протеста, ни голоса в нем никогда не бывало», а скорее как у человека, знавшего, что ero умение переносить тяготы и лишения должно быть вознаграждено. Теперь, когда он был выбит из колеи своими душевными муками и укорами близких, он обнаружил в себе бунтаря и революционера Гарибальди. Здесь было сказано то, что другие совершенно не поняли: смирение и покорность — это еще не конец, они всегда являются протестом, поскольку указывают на дистанцию, которую необходимо преодолеть. Толстому тоже была известна эта тайна, и часто его слова оставались непонятыми.

Об этом можно говорить, но никто этого не знает, когда речь идет о настоящей тайне. Никто не знал, кому собирался отомстить «новый Гарпагон — некто отставной титулярный советник Соловьев», который голодал и умер в нищете, упрятав состояние в полмиллиона рублей в своих бумагах. Как он внутри себя радовался держа постоянно голодной свою кошку, браня кухарку и сделав всех близких виноватыми! Он держал их в своих руках, заставил нищенствовать всех их, знавших деньги и поклонявшихся им как символу власти. Правда, это переросло у него в особую обязанность, в методическое насилие над собственной жизнью. Ему пришлось самому голодать и бедствовать, чтобы осуществить свой замысел. «Он выше всех желаний». Каким образом? Для этого надо было быть безумным? Что же, Соловьев приносит и эту жертву. Ведь теперь он может продемонстрировать свое презрение человечеству и его мнимым земным благам и мучить каждого, кто ему близок, не неся за это никакой ответственности. Все, что прокладывает ему путь в высшее общество, он держит в своих руках. Тут он на мгновение останавливается, бросает свою волшебную па-

Обложка.
PDF. Классический психоанализ и художественная литература. Лейбин В. М. Страница 95. Читать онлайн