ПравообладателямКлассический психоанализ и художественная литература, Лейбин Валерий
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Лейбин Валерий Моисеевич pdf   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В настоящем издании представлены работы классиков зарубежного психоанализа, аналитической психологии, характеранализа, гуманистического психоанализа, а также отечественных авторов, деятельность которых относится к раннему периоду развития психоанализа в России, дающие психоаналитическую трактовку конкретных художественных произведений. Это работы З.Фрейда, К.Г.Юнга, В.Райха, Э.Фромма, Н.Осипова, Н.Вырубова, С.Шпильрейн, А.Халецкого, И.Григорьева, Л.Выготского и др. Расположенные в хронологическом порядке, отражающем логику психоаналитических исследований в ее историческом и временном контексте, включенные в книгу тексты способствуют лучшему пониманию психоаналитического подхода к исследованию художественных произведений, а также творчества писателей и поэтов, чьи имена вошли в сокровищницу мировой литературы.

PDF. Классический психоанализ и художественная литература. Лейбин В. М.
Страница 424. Читать онлайн

П. Попов. «Я» и *Ono» в творпествеДостоевского 423

ком руду выколачивать, — не боюсь я этого вовсе, а другое мне страшно теперь: чтобы не отошел от меня воскресший человек»'. Бессознательная тягота души, дойдя до самого крайнего минуса, преобразовав в себе все свои подспудные силы в результате дает плюс.

На этом в настоящее время и следует остановиться.

Мы высказали известное утверждение относительно общего характера творчества Достоевского, относительно некоторого коренного источника его произведений. Источник этот — само- высказывание и самоанализ известных переживаний и испытаний, душевных катастроф и судьбы души после этих внутренних сдвигов. Если это взять в качестве тезиса, то этому пришлось бы противопоставить и известный антитезис. Всякое безоговорочное утверждение как-то хватает через край; сейчас же нужно внести некоторые поправки и примечания. Прежде всего нужно оговориться, что мысль эта совсем не может быть выставлена в качестве исключительно новой. Многие исследователи по Достоевскому признавали этот характер его творчества. Но часто это признание было лишь интуитивным постижением. Под ним у автора не чувствуется прочной эмпирической почвы. Это высказывалось скорее, как мимолетная догадка. Мне же хотелось вскрыть в более или менее соответствующем масштабе весь этот пласт душевной стихии, который заложен в самых недрах романов Достоевского. Прежде всего невольно на ум приходит Вячеслав Иванов. В своем этюде «Достоевский и роман-трагедия» В. Иванов говорит о нашем романисте так: «Оставив внешнего человека в себе жить, как ему живется, он предался умножению своих двойников под многоликими масками своего, отныне уже не связанного с определенным ликом, но великого всечеловеческого я» .

2

Нельзя не упомянуть и того же Нейфельда, который прямо говорит о творчестве Достоевского, что оно заключается ни в

С. 620.

«Борозды и ножи», с. 10.

Обложка.
PDF. Классический психоанализ и художественная литература. Лейбин В. М. Страница 424. Читать онлайн