ПравообладателямКлассический психоанализ и художественная литература, Лейбин Валерий
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Лейбин Валерий Моисеевич pdf   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В настоящем издании представлены работы классиков зарубежного психоанализа, аналитической психологии, характеранализа, гуманистического психоанализа, а также отечественных авторов, деятельность которых относится к раннему периоду развития психоанализа в России, дающие психоаналитическую трактовку конкретных художественных произведений. Это работы З.Фрейда, К.Г.Юнга, В.Райха, Э.Фромма, Н.Осипова, Н.Вырубова, С.Шпильрейн, А.Халецкого, И.Григорьева, Л.Выготского и др. Расположенные в хронологическом порядке, отражающем логику психоаналитических исследований в ее историческом и временном контексте, включенные в книгу тексты способствуют лучшему пониманию психоаналитического подхода к исследованию художественных произведений, а также творчества писателей и поэтов, чьи имена вошли в сокровищницу мировой литературы.

PDF. Классический психоанализ и художественная литература. Лейбин В. М.
Страница 421. Читать онлайн

420 Раздел 1!. Отечеентеннан нсигааништическая мысль

Диапазон души у Дмитрия оказывается широким. Он поступает наиблагороднейшим образом. Но подлейшие нотки в скрытом тайнике его желаний прозвучали, и смердяковщина дала себя знать. Этому разгулу и беспринципности порой бывает причастна и душа Алеши, когда он, например, с определенным наплывом мыслей идет к Грушеньке после обнаружения тлетворного духа. И у Алеши бывает «такая минутка». Это «такая минутка» и есть карамазовская стихия Дмитрия. Все Карамазовы едины. Все они согрешили перед отцом, все они «убили» его, кто скрытым желанием, кто скрытым пособничеством.

1

Убийство Федора Павловича есть эксперимент над всей карамазовской душой. Разве сам Дмитрий, явно не убивший отца, не виновен в преступлении своим скрытым желанием? Ведь не даром же, по Достоевскому, «мужички за себя постояли». Это осуждение Дмитрия на каторгу и есть всенародная правда. Разве, с другой стороны, Алеша не причастен к делу Дмитрия? Разве он преступно не забывает заветов Зосимы — быть у своих и не терять из виду брата. «Может быть еще успеешь что-либо ужасное предупредить» . И разве Алеша не забывает как раз

2

этого завета старца. «Он вспоминал потом сам, что в тяжелый день этот забыл совсем о брате Дмитрие, о котором так заботился и тосковал накануне» .

И несколькими страницами дальше мы читаем; «И вдруг мелькнул у него в уме образ брата Дмитрия, но только мелькнул и, хоть напомнил что-то, какое-то дело спешное, которого нельзя еже более ни на минутку откладывать, какой-то долг,

Правильно говорит Фрейд: «Ведь в конце концов безразлично, кто в действительности совершил преступление, для психологии важно только, кто этого хотел в своих чувствах; существенно также и то, кто приветствовал убийство уже после его совершения, поэтому на всех братьях лежит одинаковая вина вплоть до контрастного образа Алеши: виновен и страстный искатель наслаждений, и скептически настроенный циник, и сам преступник- эпилептик». (Dostojevsky und die Vatertotung, S. ХХХ в вышедшей в 1928 г.

книге Die Urgestalt der Bruder Karamasoff) Впрочем, этюд Фрейда а целом не дает ничего ценного в отношении Достоевского, как художника-творца; в конце концов Фрейд идет вслед за Нейфельдом, в чем он сам и признается (S. XXXVI), а «физиологиинн у него - хоть отбавляй.

С. 301.

С. 358.

Обложка.
PDF. Классический психоанализ и художественная литература. Лейбин В. М. Страница 421. Читать онлайн