ПравообладателямКлассический психоанализ и художественная литература, Лейбин Валерий
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Лейбин Валерий Моисеевич pdf   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В настоящем издании представлены работы классиков зарубежного психоанализа, аналитической психологии, характеранализа, гуманистического психоанализа, а также отечественных авторов, деятельность которых относится к раннему периоду развития психоанализа в России, дающие психоаналитическую трактовку конкретных художественных произведений. Это работы З.Фрейда, К.Г.Юнга, В.Райха, Э.Фромма, Н.Осипова, Н.Вырубова, С.Шпильрейн, А.Халецкого, И.Григорьева, Л.Выготского и др. Расположенные в хронологическом порядке, отражающем логику психоаналитических исследований в ее историческом и временном контексте, включенные в книгу тексты способствуют лучшему пониманию психоаналитического подхода к исследованию художественных произведений, а также творчества писателей и поэтов, чьи имена вошли в сокровищницу мировой литературы.

PDF. Классический психоанализ и художественная литература. Лейбин В. М.
Страница 407. Читать онлайн

406 Раздет П. Отечественная психоаналитическая тмсхн

находиться тут рядом с той женщиной, рядом с тем, что раскололо это единое сознание.

Князь допускает в себе волю к недолжному, ловит себя на постыдных желаниях. И как Лебедев единственно только косвенно участвовал в интриге против Евгения Павловича со стороны Настасьи Филипповны, так и князь вдруг улавливает в себе какие-то скрытые, порочные импульсы.

«Князь помолчал и подумал.

- Ну, хорошо; говорите правду, — тяжело проговорил он, видимо после большой борьбы.

- Аглая Ивановна... — тотчас же начал Лебедев.

- Молчите, молчите, — неистово закричал князь, весь покраснев от негодования, а может быть, и от стыда. Быть этого не может, все это вздор!»

То же самое в другом месте романа в отношении все той же Аглаи. Слова вложены в уста мальчика; «Вы ужасный скептик, князь, — минуты через две прибавил Коля, — я замечаю, что с некоторого времени вы становитесь чрезвычайный скептик; вы начинаете ничему не верить и все предполагать... а правильно я употребил в этом случае слово "скептик"?

- Я думаю, что правильно, хотя, впрочем, наверно и сам не знаю.

- Но я сам от слова "скептик" отказываюсь и нашел новое объяснение, — закричал вдруг Коля, — вы не скептик, а ревнивец! Вы адски ревнуете Ганю к известной гордой девице!»

Попробуем иллюстрировать мысль о том, что в центре всего построения стоит Мышкин и повсюду разрабатывается тема ero сознания, на примере эпизода, как будто отвне вставленного в роман. Я имею в виду трагедию Ипполита и его объяснение в «Исповеди». Весь эпизод с чтением этого объяснения вставлен для того, чтобы вскрыть некоторую подоплеку прошлого в сознании князя. Дни жизни Ипполита сочтены. Как ему пережить эту роковую трагедию жизни, когда он вокруг себя созерцает источники жизненной силы и они бессмысленно манят его к себе? Ипполит восклицает: «Для чего мне ваша природа, ваш Павловский парк, ваши восходы и закаты солнца,

С. 304.

Обложка.
PDF. Классический психоанализ и художественная литература. Лейбин В. М. Страница 407. Читать онлайн