ПравообладателямКлассический психоанализ и художественная литература, Лейбин Валерий
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Лейбин Валерий Моисеевич pdf   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В настоящем издании представлены работы классиков зарубежного психоанализа, аналитической психологии, характеранализа, гуманистического психоанализа, а также отечественных авторов, деятельность которых относится к раннему периоду развития психоанализа в России, дающие психоаналитическую трактовку конкретных художественных произведений. Это работы З.Фрейда, К.Г.Юнга, В.Райха, Э.Фромма, Н.Осипова, Н.Вырубова, С.Шпильрейн, А.Халецкого, И.Григорьева, Л.Выготского и др. Расположенные в хронологическом порядке, отражающем логику психоаналитических исследований в ее историческом и временном контексте, включенные в книгу тексты способствуют лучшему пониманию психоаналитического подхода к исследованию художественных произведений, а также творчества писателей и поэтов, чьи имена вошли в сокровищницу мировой литературы.

PDF. Классический психоанализ и художественная литература. Лейбин В. М.
Страница 311. Читать онлайн

3 1 0 Раздел П. Отечестаеииая психоаналитическая мыль

начинал счищать с него последние пылинки, вовсе уже без его просьбы или приказания, сам гнался иногда за ним со щеткой в пылу лакейского усердия, чтобы смахнуть какую-нибудь последнюю соринку с ero фрака, так что он сам уже останавливал меня иногда: "Довольно, довольно, Аркадий, довольно". Он придет, бывало, снимет верхнее платье — - а я его вычищу, бережно сложу и накрою клетчатым шелковым платочком. Я знаю, что товарищи смеются и презирают меня за это, отлично знаю, но мне это-то и любо: "Коли захотели, чтоб я был лакей, ну так вот я и лакей, хам — так и есть". Пассивную ненависть и подпольную злобу в этом роде я мог продолжать годами». Такое поведение, до конца не понятое персонажем, мстящим в себе самом самому себе, — обычное явление, хорошо знакомое Достоевскому.

Многочисленные примеры очень убедительно показывают нам, что в психике своих персонажей Достоевский четко различает обе инстанции в иерархии душевной деятельности, причем одна, высшая, порабощает другую, низшую, и управляет ею; судящая инстанция — «сверх Я» — инстанцией подсудной, виновной перед нею. Данная высшая инстанция человека отож-дествляется в ero бессознательном с теми, кого он любил, с кем идентифицирует себя как с идеалом, кто благодаря этому приобретает власть, авторитет — это родители, учителя (Тушар) и т. п. При такой идентификации исполнение их приказания, хоть и неприятного для «Я», есть как бы его собственное желание на зло второй низшей инстанции егособственного «Я», он — лакей в согласии с требованием идеала «Я» и на зло своим недостаткам.

Пусть же он терпит наказание за то, что не умел стать лучше, не оправдал надежд того, кого он любит (и в то же время, может быть, ненавидит) и кто недоволен им в нем самом, в его собственной психике. С точки зрения такого сложного (а на самом деле еще более сложного) процесса отождествления борьбы двух инстанций особенно понятной становится, например, сцена Лизы Хохлаковой с Алешей Карамазовым.

Это подчинение, хотя бы и на зло, дает известное удовлетворение и, конечно, мучение от этого непослушания. Такова психология подобных симптомов, они как компромиссные

Обложка.
PDF. Классический психоанализ и художественная литература. Лейбин В. М. Страница 311. Читать онлайн