ПравообладателямКлассический психоанализ и художественная литература, Лейбин Валерий
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Лейбин Валерий Моисеевич pdf   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В настоящем издании представлены работы классиков зарубежного психоанализа, аналитической психологии, характеранализа, гуманистического психоанализа, а также отечественных авторов, деятельность которых относится к раннему периоду развития психоанализа в России, дающие психоаналитическую трактовку конкретных художественных произведений. Это работы З.Фрейда, К.Г.Юнга, В.Райха, Э.Фромма, Н.Осипова, Н.Вырубова, С.Шпильрейн, А.Халецкого, И.Григорьева, Л.Выготского и др. Расположенные в хронологическом порядке, отражающем логику психоаналитических исследований в ее историческом и временном контексте, включенные в книгу тексты способствуют лучшему пониманию психоаналитического подхода к исследованию художественных произведений, а также творчества писателей и поэтов, чьи имена вошли в сокровищницу мировой литературы.

PDF. Классический психоанализ и художественная литература. Лейбин В. М.
Страница 223. Читать онлайн

222 Раздел П Оя~еаестаеняая асахаааазатааесяая лысза

любит меня и няню. А мама любит меня и няню. А няня любит маму, и меня, и папу. И все любят, и всем хорошо"».

Здесь невольно вспоминаются исследования Фрейда и то большое значение, которое он придает любви в детстве. (Необязательно сексуальной в тесном смысле этого слова! ) Маленький мальчик весело засыпает, весь преисполненный мыслями о любви.

«И вдруг я слышу, вбегает экономка и с сердцем кричит чтото о сахарнице, и няня с сердцем говорит, что она не брала ее. И мне становится больно, и страшно, и непонятно, и ужас, холодный ужас находит на меня, и я прячусь с головой под одеяло. Но и в темноте одеяла мне не легчает. Я вспоминаю, как при мне раз били мальчика, как он кричал, и какое страшное лицо было у Фоки, когда он его бил. "А, не будешь, не будешь!" -- приговаривал он и все бил. Мальчик сказал: аНе буду". А тот приговаривал: аНе будешь?" — и все бил.

И тут на меня нашло. Я стал рыдать, рыдать, и долго никто не мог меня успокоить. Вот эти-то рыдания, это отчаяние были первыми припадками моего теперешнего сумасшествия».

Мальчик засыпал (момент особой эмоциональной восприимчивости!) и был испуган. Круг его ассоциаций, вращавшийся около представлений любви, был нарушен и сменился ассоциациями ненавистничества. И мальчик не справился с этой переменой, ero захватили в свою власть эти представления злобы, и его протест мог выразиться только в рыданиях, в нервном припадке. Если нужен более точный диагностический ярлык, ничего нельзя сказать против наименования такого припадка истерическим.

«Помню, другой раз это нашло на меня, когда тетя рассказала про Христа. Она рассказала и хотела уйти... Она рассказала, что ero распяли, били, мучили, а он все молился и не осудил их.

- За что они его били? Он простил, да за что они били? Больно было? Тетя, больно Ему было?

- Ну, будет, я пойду чай пить.

- А может быть, это неправда, его не били?»

Этот рассказ был психической травмою для нервного мальчика, и он обороняется от него, он делает попытку рассмат-

Обложка.
PDF. Классический психоанализ и художественная литература. Лейбин В. М. Страница 223. Читать онлайн