ПравообладателямКлассический психоанализ и художественная литература, Лейбин Валерий
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Лейбин Валерий Моисеевич pdf   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В настоящем издании представлены работы классиков зарубежного психоанализа, аналитической психологии, характеранализа, гуманистического психоанализа, а также отечественных авторов, деятельность которых относится к раннему периоду развития психоанализа в России, дающие психоаналитическую трактовку конкретных художественных произведений. Это работы З.Фрейда, К.Г.Юнга, В.Райха, Э.Фромма, Н.Осипова, Н.Вырубова, С.Шпильрейн, А.Халецкого, И.Григорьева, Л.Выготского и др. Расположенные в хронологическом порядке, отражающем логику психоаналитических исследований в ее историческом и временном контексте, включенные в книгу тексты способствуют лучшему пониманию психоаналитического подхода к исследованию художественных произведений, а также творчества писателей и поэтов, чьи имена вошли в сокровищницу мировой литературы.

PDF. Классический психоанализ и художественная литература. Лейбин В. М.
Страница 183. Читать онлайн

182 Раздел I. Зарубезхсная хзсихоанахапхическая.ххьхсзь

нер, хотевший убить царя, сочиняет к коронации Александра II хвалебный Гимн и при каждой возможности признается в любви и преданности царской фамилии, причем это перерождение вполне искренне, без всякого следа раболепства. И это после многих лет каторги, где он своими глазами видел тысячи ужасных сцен и, по одному сообщению, заслуживающему доверия, даже сам был подвергнут наказанию, во всяком случае, на себе самом испытал все ужасы царизма. Трудно объяснить это иначе, как стремлением искупить свою вину, стремлением, коренящимся в комплексе Эдипа и доказывающим наклонность к альголагнии .

1

Ни капли возмущения нельзя найти даже между строк, когда он рассказывает о тысячах палочных ударов, опускавшихся на спины несчастных узников за малейшие проступки. Отвратительнейшие жестокости зверских начальников передает он с эпическим спокойствием, чуть ли не с некоторым даже удовольствием, так что читатель с трудом это выносит. Он описывает свои чувства, когда наблюдал арестанта после такой экзекуции. «Я был в неописуемом волнении», — уверяет он все время, и мы должны добавить, что это было сексуальное возбуждение. Он все время осматривает раны и осведомляется о боли. Лаконичные ответы наказанного: «Горит, горит, как адский огонь», очевидно, не могут его удовлетворить, и он, так сказать, фасцинирован наказанием. Смесь садизма и мазохизма очевидна, когда он, например, рассказывает о зверском начальнике, который вначале вызывал в арестанте надежду на отмену наказания или по крайней мере на ero смягчение, а затем, смеясь, как сумасшедший, над арестантом, так горько разочаровавшимся, поощрял солдат к еще более бесчеловечным ударам.

И тонко чувствующий Тургенев заметил садомазохизм Достоевского. Только человек с такими наклонностями мог придумать историю о крестьянине-арестанте, рассказанную следователем Порфирием в «Преступлении и наказании». Этот арестант дотронулся до одного высокопоставленного начальника, намеренно не причинив ему боли, только для того, чтобы быть строго наказанным и страдать. «Так как страдание — добро,-

Страсть к боли и жестокости. Активная альголагния -- садизм, пассивная-- мазохизм. — Прхьхзеч, перев.

Обложка.
PDF. Классический психоанализ и художественная литература. Лейбин В. М. Страница 183. Читать онлайн