ПравообладателямКлассический психоанализ и художественная литература, Лейбин Валерий
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Лейбин Валерий Моисеевич pdf   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

В настоящем издании представлены работы классиков зарубежного психоанализа, аналитической психологии, характеранализа, гуманистического психоанализа, а также отечественных авторов, деятельность которых относится к раннему периоду развития психоанализа в России, дающие психоаналитическую трактовку конкретных художественных произведений. Это работы З.Фрейда, К.Г.Юнга, В.Райха, Э.Фромма, Н.Осипова, Н.Вырубова, С.Шпильрейн, А.Халецкого, И.Григорьева, Л.Выготского и др. Расположенные в хронологическом порядке, отражающем логику психоаналитических исследований в ее историческом и временном контексте, включенные в книгу тексты способствуют лучшему пониманию психоаналитического подхода к исследованию художественных произведений, а также творчества писателей и поэтов, чьи имена вошли в сокровищницу мировой литературы.

PDF. Классический психоанализ и художественная литература. Лейбин В. М.
Страница 181. Читать онлайн

180 Раздел I. Зарубежная пеияааиазитичеекая зинзслн

на геморрой и становится психически совсем нормальным, тогда как ero товарищи, сильные и духовно здоровые, имели тяжелые психические расстройства. В новелле «Маленький герой», написанной во время предварительного заключения в Петропавловской крепости, столько жизненной радости и солнечного света, как будто она написана в веселый майский день среди цветущих деревьев, на зеленой лужайке, а не в сыром каземате, куда за целое лето не проникает ни один луч света.

Хотя у него и остался на всю жизнь шок от смертного приговора, так театрально инсценированного, тем не менее, кроме отдельных замечаний в «Идиоте», об этом мало говорится. Когда он после четырех лет тюремного заключения пишет брату о своих переживаниях в это ужасное время, он вспоминает канун Рождества, когда на него надели кандалы, которые он не мог снимать в течение четырех лет. Он пишет: «Знаешь ли, мой дорогой, как мы расстались? Как раз в полночь, в канун Рождества, на меня впервые надели кандалы... Я был совсем спокоен, так как при каждом новом жизненном шаге чувствуешь особенную живость и здоровье». Затем он подробно рассказывает о приятной поездке в санях и о превосходном аппетите, который ero очень обрадовал в дороге. Друг обоих братьев Достоевских, посетивший ero тогда вместе с Михаилом Достоевским, пишет о настроении писателя: «Казалось, что этот человек относится к предстоящему заключению (которое он уже имел случай испытать в Петропавловской крепости), как к веселой поездке за границу». В вышецитированном письме к брату Михаилу он пишет: «Если ты думаешь, что я по-прежнему впечатлительный, недоверчивый и ипохондрик, — ты ошибаешься, от этого не осталось и следа». Любовь Достоевская много рассказывает о том, как писатель в кругу своей семьи и друзей вспоминал тюремные работы, к которым он относился как к гимнастике, укрепляющей его организм; он с радостью толок алебастр, пилил деревья, таскал дрова и черепицу; это принесло большую пользу его слабому здоровью. Если же Достоевский не только перенес мучения одиночества в тюрьме, бесконечные лишения и тяжести, отвратительную грязь, но и вышел из этого ада оздоровленный душой и телом, где другие, здоровые, как, например, Дуров, таяли подобно свечке, это объясняется только тем, что в тюрьме бессознательные мысли об убийстве бессознательно

Обложка.
PDF. Классический психоанализ и художественная литература. Лейбин В. М. Страница 181. Читать онлайн