Глава 7. Спорные вопросы


...

Двойная иерархия

Психотерапевтам нужны такие супервизоры, которые помогли бы им избавиться от различного рода предрассудков, особенно в отношении статуса женщины в современном обществе. Терапевту сложно одновременно быть справедливым в вопросе о правах разных полов и налаживать взаимоотношения с семьей, принадлежащей к этнической группе, которая с неприязнью относится к идее равенства мужчин и женщин. Революционные изменения в статусе женщины произошли далеко не во всем мире. Супервизор должен сформировать у своих подопечных такую идеологию, которую принял бы их разум и которая в то же время позволила бы им успешно работать с семьями. В этой сложной ситуации есть один или два вопроса, которые супервизор может выделить, чтобы помочь обучающимся достичь объективности.

Вопрос о равенстве между мужем и женой для всех нас является особым. Какова должна быть иерархия в супружеской диаде? Существуют культуры, в которых у замужней женщины вообще нет никаких прав, но даже в нашей культуре возможны ситуации, которые являются более организационными, чем этническими. Например, молодые образованные выпускники колледжа женятся и строят свои отношения на основе равенства, совместно принимая все решения. Ни один из них не имеет власти над другим. Однако все меняется, когда у них появляется ребенок. В этот момент они оба становятся лидерами группы. Возникает вопрос иерархии. Они должны договориться, например, о том, кто из них будет решать, как обучать и воспитывать ребенка. Проблема в том, что муж и жена как лидеры не могут быть равны, если существует группа, даже если эта группа состоит только из одного ребенка. В соответствии с Пятым законом Человеческих отношений, ни среди людей, ни среди животных не существует жизнеспособной организации, у которой было бы два равных лидера. Можно ли представить себе двух равных президентов Соединенных Штатов? Супружеская пара должна решить, кто отвечает за все, связанное с ребенком.

Типичный способ разрешения этой проблемы, который используют супружеские пары, часто при помощи психотерапевта, состоит в том, чтобы поделить территорию. Один отвечает за одну область, другой — за другую. Традиционно жена отвечает за начальное воспитание ребенка, а муж берет на себя ответственность за финансовое обеспечение семьи. Если жена работает и делает карьеру, то муж может взять на себя ответственность за воспитание и больше участвовать в домашних делах. Один из родителей может отвечать за внешкольные занятия ребенка, а другой — заниматься вопросами, связанными со школой. Вопрос о том, кто за что отвечает, зависит от обсуждаемой области, и таким образом можно избежать большей части конфликтов.

Есть еще решение, но оно предполагает притворство. Оно было самым распространенным решением для семей на протяжении многих лет и все еще остается таковым. Оно состоит в том, что один человек берет на себя ответственность за какую-то область, но делает вид, что отвечает за нее другой человек. Типичный пример — жена берет на себя ответственность за семью, но при возникновении конкретной проблемы делает вид, что все решает муж. То есть возникает ситуация, которая называется двойной иерархией. Можно сказать, что в любой организации всегда существуют по крайней мере две иерархии — видимая и скрытая. Для семьи — это видимая иерархия, в которой за все отвечает муж, и скрытая, в которой жена определяет все происходящее в семье, что и является определением ответственности. Чтобы эта двойная иерархия работала, жена должна притворяться, что все решает муж, а не она. Пример двойной иерархии много лет назад привел Линкольн Стеффенс (Lincoln Steffens). Он сказал, что если бы вдруг кто-нибудь захотел узнать, кто отвечает за все в каком-нибудь городе, то ему для этого не нужно было бы искать мэра, достаточно было бы спросить любого коридорного в любом отеле, кто в городе определяет политику. Это человек, который тайно управляет городом, тогда как все делают вид, что в городе существует единственная видимая иерархия. Естественно, любая сложная организация обладает многими иерархическими подсистемами, но их всегда как минимум две.

В последнее время женщины решили, будто делать вид, что все решает муж, унизительно. Они не хотят больше возвеличивать своих мужей и притворяться, что сами они слабы и наивны. Женщины протестуют и публично берут на себя ответственность за семью, таким образом, раскрывая обман. Между супругами возникают конфликты, и они либо меняют лидера, либо борются за равное лидерство (нежизнеспособная организация), либо разводятся. Терапевт может оказаться в ситуации, когда ему необходимо поддержать обман относительно ответственности мужа, даже если совершенно ясно, что он ни за что не отвечает. Иногда же супругов приходится убеждать, что жена действительно определяет все происходящее в семье и что такая иерархия — не просто шутка.

Однажды я отбирал нормальные семьи для исследования, в котором предполагалось выяснить, чем нормальные семьи отличаются от ненормальных. Этот проект включал еще и такую процедуру: выбирали старшеклассника и просили его семью прийти на интервью. Я включил в интервью вопрос о том, с кем из членов семьи велись телефонные переговоры по поводу приглашения принять участие в исследовании, т. е. кто из членов семьи согласился участвовать. Проверяя выборку из 30 нормальных семей, я обнаружил, что в 27 из них решение об участии семьи в исследовании мать принимала единолично. Это означало, что она могла уговорить мужа и детей-подростков перенести неудобства, связанные с приходом на исследование, даже не советуясь с ними. Все эти семьи пришли. В двух случаях по телефону сначала разговаривали с мужьями, которые сказали, что им надо спросить у жен. И в одном случае, когда муж сам принял решение об участии семьи в исследовании, не спрашивая жену и детей, семья не пришла.

Я когда-то заинтересовался концепцией властного отца, угрожающего кастрацией, которую описал Зигмунд Фрейд. Похоже, теперь таких мужчин уже нет. Я разыскал женщину, выросшую в Вене во времена Фрейда, и расспросил ее о семье. Она сказала, что в ее семье отец был начальником, если не тираном. Она добавила: «Мы даже не могли сесть на папин стул». Заинтригованный, я спросил, а как же отцу удавалось держать всех подальше от своего стула. Женщина ответила: «О, папа этого не делал. Мать запретила нам это и сказала, что если мы сядем на отцовский стул, то у нас вскочат прыщи на заднице». Можно сказать, что мать отвечала за то, чтобы все решал отец.

Один из забавных фактов, которые я подметил в последние годы, заключается в следующем: большинство супружеских пар, приходящих на терапию, демонстрируют, что у жены более высокий статус, чем у мужа. Это совершенно противоречит убеждению, что жены порабощены патриархальными мужьями. Жена представляет своего мужа как имеющего более низкий, чем она, статус, потому что она больше зарабатывает, или потому что она из более приличной, по ее оценкам, семьи, или потому что лучше образованна, или лучше выражает свои мысли и т. п. Они приходят как неравные. Я не делаю здесь никаких выводов о том, что в нашей культуре женщины обладают более высоким статусом, чем мужчины, или равны им. Я говорю только о тех, кто приходит на психотерапию. Иногда женщина выражает это совершенно ясно, приведя своего мужа на терапию и сказав терапевту что-то вроде: «Сделайте с ним что-нибудь». Женщина хочет, чтобы статус ее мужа вырос по сравнению с ее статусом, желает, чтобы он «был мужчиной». Супервизору, сосредоточенному на правах женщин, необходимо найти путь, который привел бы к этому желательному для женщины изменению.

Вопрос иерархии во взаимоотношениях супружеской пары осложняется еще и использованием симптомов для обсуждения супружеских проблем. Несколько лет назад было отмечено, что когда человек признается в своей беспомощности и говорит что-то вроде: «Я не могу с этим справиться», это признание дает ему власть. Я впервые осознал этот парадокс, когда работал с женщиной, страдавшей навязчивым мытьем рук. Женщина жаловалась, что ее муж — тиран, а он, конечно же, соглашался с тем, что все в семье решает он и настаивает на том, чтобы все было так, как он хочет. Но за этой видимой иерархией чувствовалась скрытая; жена не ходила за покупками, так как боялась, что в магазине она может испачкаться. Так что по магазинам ходил муж. Жена не мыла посуду, так как если она мочила руки, то тут же начинала мыть их и не могла остановиться. Так что это тоже делал муж. Он требовал, чтобы дома было чисто, но не мог заставить жену делать уборку, так как она предполагала контакт с чистящими средствами, содержащими токсичные компоненты. Так что всю уборку делал муж. Обладая своим симптомом, жена требовала, чтобы муж делал всю черную работу по дому, и при этом обвиняла его в тирании. Само собой, муж ничего не мог сделать по-своему.

Как только мы осознаем, что симптом, отражающий идею «Я не могу с этим справиться», дает своему обладателю власть во взаимоотношениях, мы поймем, почему для тех, кто чувствует свою беспомощность, это действительно вопрос выбора. Когда жена унижена, у нее может развиться симптом; то же самое может произойти и с мужчинами, когда женщины забирают слишком много власти.

Симптомы могут возникнуть у обоих полов. Как только женщины забирают больше реальной власти, мы можем наблюдать усиление симптомов у мужчин, в особенности в тех случаях, когда муж «не может справиться» со своей неспособностью делать то, чего хочет жена.

В наше время разводов есть еще один вид не эффективной организации, который терапевту необходимо учитывать и распознавать. Множество матерей и отцов воспитывают детей одни. Часто, когда родитель отвечает за группу детей и второго члена команды нет, дети начинают перегружать родителя. Они не решают свои проблемы сами, а все время взваливают их на родителя, так что он принимает участие во всех разговорах. Такая организация нежизнеспособна. Когда в группе только один лидер, то все, что ему требуется, — это второй человек в команде, который мог бы подтвердить, что лидер — это лидер. Вот для чего офицерам в армии нужны сержанты — для поддержания их авторитета. В семьях с одиноким родителем перегруженный родитель нуждается в ком-то еще, может быть, в старшем ребенке, или бабушке, или разведенном отце, чтобы поддерживать свое лидерство, которое позволяет складываться иерархии, а не хаосу.

Психология bookap

Отношения «пол — иерархия» — это сложный процесс, а не просто проблема женского и мужского. Супругам, которые борются друг с другом за равенство, будучи при этом лидерами группы, строить взаимоотношения непросто. Анализ иерархии и структуры в семье — задача весьма сложная, так как иерархия, по крайней мере двойная — та, что показывают окружающим, включая терапевта, — может сильно отличаться от действительной тайной организации иерархии в семье.

О том, что вопросы пола не имеют простых, стереотипных решений, свидетельствует влияние, которое оказывает половая принадлежность терапевта, супервизора и членов семьи на возникновение коалиций.