Глава 7. Спорные вопросы


...

Кто должен заниматься семейной психотерапией?

Семейная психотерапия представляет собой сложное явление как для психологов, так и для психиатров. Некоторые элементы терапии детей и подростков не могут быть осуществлены без поддержки родителей. Даже если родители находятся в отчаянном положении, например из-за ребенка, склонного к насилию, или из-за жизненного краха, их нужно вдохновить на то, чтобы они взяли на себя ответственность и руководство над своими отпрысками. Конечно, если проблема была определена как сугубо медицинская или глубинная психологическая, родителям нет необходимости действовать. Не могут же они сами вырезать своим детям аппендикс. Для того чтобы заставить родителей взять на себя ответственность и принять участие в терапии, проблему необходимо определить как нечто такое, что находится в сфере их компетенции. Если ребенку был поставлен какой-то диагноз, то родители будут искать помощи у квалифицированного медика. Если проблема была определена как глубинная психологическая, то они будут искать специалиста по глубинной психотерапии.

Чтобы привлечь родителей к участию в решении проблем детей, их надо убедить в том, что эти проблемы носят поведенческий характер, а следовательно, здесь родители в состоянии что-то предпринять. Психиатры и психотерапевты должны отказаться от своих профессиональных диагнозов и определять проблемы на обычном языке, который семья воспримет. Например, если ребенку поставить диагноз «нервная анорексия», родители сами ничего не предпримут для изменения этого положения дел — они отведут ребенка к специалисту-медику, который знает, как такие вещи лечатся. Однако если описать этого же ребенка, как «ребенка, который отказывается есть», т. е. определить проблему как дисциплинарную, родители обязательно захотят что-то сделать под руководством психотерапевта, чтобы заставить ребенка есть.

Как признак низкого статуса психотерапии можно отметить, что студенты, овладевающие тремя основными профессиями, традиционно тратят большую часть времени, отведенного на получение образования, на изучение предметов, которые имеют к психотерапии весьма отдаленное отношение. Психиатры тратят несколько лет на получение знаний, которые они никогда не смогут применить в терапевтической практике. Только некоторые из них сдают physical examination22, если это необходимо для их работы в стационаре. Психологи тратят годы на проведение бесполезных с точки зрения психотерапии исследований, хотя они только недавно заменили в своих исследованиях крыс на людей и стали изучать результаты. (Теперь психологи борются за право наравне с психиатрами назначать лекарства и госпитализировать людей, решив скопировать наименее психотерапевтичный аспект психиатрии.) Социальные работники до самого последнего времени изучали в своих академиях вопрос о том, что значит быть социальным работником. Хотя в некоторых академиях сейчас начали обучать различным психотерапевтическим подходам.


22 Physical examination — недавно введенный в США обязательный для врачей всех специальностей экзамен, цель которого — определить, способен ли врач общаться с больным — проводить опрос, собирать анамнез, устанавливать контакт и поддерживать беседу. — Примеч. перев.


Представителей всех трех профессий учат фокусироваться на индивиде: психиатр ставит ребенку диагноз, психолог ребенка тестирует, и оба проводят с ним игровую терапию. Социальный работник встречается с родителями. Если центром всей сферы станет психотерапия, представители всех трех профессий будут действовать одинаковым образом и будут вынуждены отбросить большую часть своей подготовки, чтобы научиться новым методам работы. Супервизору необходимо решить, сколько внимания уделить профессиональной подготовке обучающегося и как помочь ему научиться изменять клиентов. Супервизор часто наталкивается на возражения академически настроенных коллег, которые принимают терапию только такой, какой она была в прошлом, и меняются медленнее, чем терапевты, непосредственно работающие с проблемами.