Вестники

Огромная река, пробившись сквозь горы, разливалась среди лесов, а затем спускалась на равнины. В иных местах с одного берега не видно было другого, а об ее истоках никто и вовсе не знал. Одни считали, что воды реки падают с неба, другие — что из самых глубоких земных недр, третьи — что река опоясывает земной шар и не имеет ни начала ни конца. Но для всех она была великой и священной. С древних времен почитали и поклонялись ей народы, селившиеся по берегам ее. Покою, полноте жизни, довольству и миру учила река тех, кто жил среди холмов.

В тех, кто населял горы, ее волны будили силу, отвагу, готовность к борьбе. В бескрайних же степях берега реки одевались изумрудной оправой садов. Отары овец и табуны лошадей топтали своими копытами плодородные равнины. Богатые города, прекрасные дворцы словно перенеслись с небесных стран, рожденные в облаках, на яркий ковер широких степей. Пылкость и стремительность, вольность и предприимчивость сочетались в людях с созерцательностью и неторопливостью.

Однажды течение реки принесло с собой лодку со Странником. Первыми его заметили жители горного края. Ревущие волны, покрытые клокочущей пеной, прорывались сквозь каменные скалы, и гул их борьбы тяжким эхом постоянно сотрясал горные кряжи, однако появление лодки совпало со странной тишиной, упавшей на реку. Вода словно замерла или оледенела. Странник, стоя на корме, скрестил на груди руки и спокойно ждал, когда, повинуясь его желанию, лодка сама причалит к берегу. Он вышел на землю и стал обходить дома, заглядывая в лица людей.

— Кого ты ищешь? — спросили люди.

— Того, кто взялся бы ухаживать за моим цветком.

Пусты были его руки, но внезапно в них возник светящийся цветок. Белые лучи его были необычайно прекрасны, но смотреть на них было невозможно. Они не просто слепили глаза, но проникали вглубь, заставляя людей чувствовать свою душу. А в ней возникал зов. Сердце наполнялось любовью и желанием отдать ее всему миру.

В неведомый путь звал людей звездный цветок, но цели этого пути не показывал. Смутились жители гор. Их храбрость и сила готовы были на подвиг, на который могла вдохновить ясная цель, но идти в неведомое, доверившись не разуму, а сердцу, они не решались.

Тщетно бродил Странник и стучал в двери. В конце концов ему перестали открывать. Это было удивительно, тем более что он выглядел не как нищий, а скорее как царь. Вот именно, разве случалось такое, чтобы цари просили?! И стыд охватывал людей, отказывавших ему, но признаться в этом казалось еще труднее.

И лишь в одном доме Странника у порога встретил Старик и, склонив колени, принял в свои руки драгоценный цветок, сказав:

— Я не знаю, сколько еще проживу, но готов отдать все свои дни твоему цветку.

Странник коснулся его лба и вернулся в лодку, чтобы плыть дальше.

Среди лесов он снова причалил к берегу, чтобы найти того, кто бы взял ухаживать за его пчелами и собирать мед. В прозрачном, хрустальном улье вились маленькие золотые пчелы, а на дне его тяжелым янтарным росплеском покоился драгоценный мед. Один запах его кружил голову, но вкус его таил в себе горечь познания, которая могла превратиться в сладость лишь при условии, что человек готов будет принять и радость, и печаль без предпочтения. Увы, на такое люди не были способны. В том мире, где они жили, все было понятно: то, что хорошо, вызывало радость, а то, что плохо, — печаль. Оказаться вне этих мер и ценностей казалось страшным. И снова долго бродил Странник, стучась в разные двери, пока ему не отворила одна бедная женщина. Ее считали вечной неудачницей, так как судьба ее не складывалась. Она рано потеряла своих родителей, дом ее сгорел, муж погиб на охоте, дети потерялись в лесу и не вернулись к ней. Соседи сторонились ее, опасаясь, что ее невезенье повредит им. Но именно она не побоялась вкусить горечи меда и взялась ухаживать за золотыми пчелами.

И снова Странник вошел в лодку и оказался среди жителей равнины. Он принес им огненную змейку, чтобы они узнали ее мудрость. Но ее истина раскрывалась лишь после укуса, и только в смерти человек мог познать тайну жизни. Страшным показался этот дар. Не каждый бы осмелился шагнуть в пропасть ради того, чтобы взлететь в небо. И здесь, среди степных жителей, лишь один ребенок не побоялся взять от Странника его змейку, чтобы ухаживать за нею и поддерживать ее огненную жизнь.

Странник уплыл дальше, а жизнь потекла своим чередом. Разделились народы, населявшие берега Великой реки на три государства — горное, лесное и степное. Дары, оставленные людям, стали творить чудеса исцелений, и потому вскоре превратились в священные реликвии, вокруг которых создались учения. О Страннике стали говорить, что это сам Бог спустился к людям, чтобы показать им Путь. Но хотя жители всех трех государств сходились в том, что Бог приплыл по реке, каждый из них оспаривал верность чужих взглядов и утверждал истинность своего, считая себя единственным избранником.


ris16.jpg

Жители горной страны построили чудесный храм для цветка, за которым некогда ухаживал старик. Да, ему удалось сохранить Дар Странника, но размножить цветок не получилось. Лишь бледные подобия цветка рисовали жрецы храма и раздавали тем, кто поклонялся ему. Увы, пойти за его зовом, принять его свет в свое сердце никто не решился.

То же случилось и в стране лесов. Священный улей окружили мраморными стенами и над ними возвели золотые купола по числу пчел. Сам запах меда разрешалось вдыхать лишь раз в году. Тогда в сердцах людей вздымались неведомые дотоле чувства, и они начинали петь. В их песнях звучали мечты о несбывшемся зове Странника — принять свою боль и претворить ее в радость.

И в третьей стране маленький мальчик долго ухаживал за огненной змейкой. Люди поодиночке, а затем толпами приходили к нему, чтобы полюбоваться радугой света, которая возникала в танцах огненной змейки. Она вовлекала в ритмы своих движений всех, кто смотрел на нее. Люди кружились безостановочно, и в священных танцах рождались их мечты о бессмертии.

Потом пришло время, и Дар Странника признали священным. От огня чудесной змейки стали зажигать костры во время праздников, и для самой змейки выстроили грандиозное святилище.

И люди степей верили, что только для них спустился вниз по реке Великий Странник, чтобы даровать им свое учение.

Проходили годы. Страны сражались за свои убеждения, хотя никто из жителей реки не мог воплотить заветы своего Бога.

Лишь легенды вещали новым поколениям, что Великий Странник вернется снова, чтобы утвердить свое учение и наградить праведных.

И случилось однажды чудо. Снизу, против течения реки, плыла белая лодка, и свет исходил от фигуры, стоявшей на корме ее со скрещенными руками. Толпы собрались на берегу, и когда неизвестный причалил, люди обратились к нему с одним вопросом:

— Что ты принес нам, о Чужеземец?

Он улыбнулся и ответил:

— То, что я принес вам, то и оставил!

Его не поняли и снова и снова требовали ответа. Он же молчал. Тогда гнев наполнил толпу.

— Это самозванец и лжец! — кричали одни, хотя он не назвал им себя.

— Он приплыл снизу и против течения нашей реки! — кричали другие.

— Пусть он докажет нам, что именно он принес огненную змейку! — требовали третьи.

Странник молчал, и тогда его хотели схватить и казнить. И вдруг дорогу толпе загородил мальчик Уже столько лет прошло с тех пор, как он встретил Странника, однако время не тронуло его.

— Отпустите его, — обратился он к толпе. — Я за него отвечу!

Толпа расступилась. Странник вошел в лодку и отчалил, а мальчика схватили за руки и потащили в храм огненной змейки. Она ужалила его, но он не умер. Тогда его обвинили в колдовстве и заключили в тюрьму. Самым страшным обвинением против него было его признание, что Бог страны степей, страны лесов и страны гор один и тот же.

А Чужеземец в это время приплыл в страну лесов. И там повторилась та же история. Его сочли самозванцем. Но и тут явилась женщина, и, когда ее руку засунули в Священный Улей, пчелы не тронули ее, а волшебный мед, который она пригубила, не сжег ее души. И так же как мальчик, она оказалась в тюрьме. И ее ожидала страшная кара за слова, что Бог, пришедший некогда в их край, был тем же, что посетил и степную, и горную страны.

Стоит ли повторять, что и в краю гор Странник оказался Чужеземцем, а старик, принявший дар, был обвинен в вероотступничестве, так как признавал тождество Бога с теми, кто учил людей в других странах.

То, что не смогла объединить любовь, объединили ненависть и злоба. Три страны вывели на казнь трех своих пророков. На огромном плоту посреди Волшебной реки собрали костер, на который возвели старика, женщину и мальчика. Странно похожими друг на друга показались они толпе собравшихся, словно были из одной семьи. Вспыхнуло пламя костра, но огонь не обжигал их. Зато воздух трепетал, и пламя вздымалось все выше и выше. В нем, как в увеличительном стекле, фигуры осужденных вдруг выросли до гигантских размеров. Теперь сомнений не оставалось — три громадных лица словно повторяли друг друга. Но если бы только друг друга… Нет, они являли собой лик Великого Странника.

Толпа пала на колени, протягивая руки к небу. Изображения лиц исчезли в дыму. Зато тысячи белых цветов покрыли берега реки, над ними зажужжали золотые пчелы, и их гул превратился в торжественный гимн. А в небе засверкали десятки огненных змеек, сливающихся в одну радугу.


ris17.jpg