Часть III


...

10. Медитировать

От занятий концентрацией прямой путь к одному из базовых способов подготовки обучения искусству быть: медитации. Нужно различать два разных вида медитации. Во-первых, это состояние легкого транса, вызванного самим человеком с использованием аутосуггестивных техник, которое ведет к умственному и психическому расслаблению и дает чувство свежести, отдыха и энергии. Примером такого метода является «аутогенная тренировка», разработанная покойным профессором И. Х. Шульцем из Берлина. Она использовалась многими тысячами людей с большим успехом17. Шульц никогда не утверждал, что его метод может служить чем-то большим, чем умственному расслаблению. Хотя этот метод, который применяется в одиночку, и не полностью пассивный, но он не создает зависимости от личности учителя.


17 Мы с женой учились у профессора Шульца, но без большого успеха из-за внутреннего сопротивления суггестивному характеру метода.


Противоположностью аутосуггестивным формам медитации являются другие методы, чья главная цель — достижение большего уровня свободы, избавление от жадности и иллюзий; короче, достижение более высокого уровня бытия. Я нашел в буддистской медитации простую, немистическую и несуггестивную форму медитации, которая позволяет человеку приблизиться к целям буддизма, то есть ликвидировать жадность, ненависть и невежество. К счастью, у нас есть прекрасное описание буддистской медитации, сделанное Ньянапоникой Махатерой18, которую я бы рекомендовал всякому, кто серьезно заинтересован в освоении этой методики.


18 Mahathera N., «The Heart of Buddist Meditation N.-Y., 1973 (впервые опубликовано: London: Rider & Сo, 1962).


Следующие ссылки должны дать понять, что читатель найдет в его книге. Целью буддистской медитации является максимальное осознание наших телесных и умственных процессов. Автор книги утверждает, что:

«систематическое воспитание Правильной полноты разума, учения Будды, изложенного в трактате Сатипаттхана 19 (полнота разума), дает наиболее простой и прямой, самый полный и эффективный метод обучения и развития разума как для решения каждодневных задач и проблем, так и для достижения высшей цели: устойчивого избавления человека от Жадности, Ненависти и Иллюзий.


19 См.: Lazetto M. Ch. The Path of the Just. Jerusalem, N.-Y., 1974. C. 2–5.


Учение Будды предлагает большое разнообразие методов ментальной тренировки и объектов медитации, которые можно использовать людям с разными индивидуальными потребностями, темпераментом и способностями. Но все эти методы неизбежно сходятся в “Дорогу полноты разума”, которую сам Учитель называл “Единственный путь” (или экайяно маджо). Путь полноты разума можно, таким образом, назвать “сердцем буддистской медитации” или даже “сердцем всего учения” (дхамма-хадайя). Это большое сердце является фактически центром кровотока в теле этого учения (дхамма-кайя).

Этот древний Путь полноты разума используется сейчас так же, как и 2500 лет назад. Он применим как на Востоке, так и на Западе, в гуще жизненной круговерти и в тиши монашеской кельи…

Правильная полнота разума служит фактически незаменимой основой Правильной жизни и Правильного мышления — где угодно в любое время для любого человека. Она имеет жизненно важный смысл для всех, не только для последователей Будды и его Учения (Дхаммы), но и для всех, кто стремится развивать свой разум, который так сложно контролировать, и кто искренне хочет развить скрытые способности достижения большей силы и большего счастья»20.


20 The Heart of Buddist Meditation. Р. 7, 8.



Полнота разума используется не только во время ежедневных упражнений по медитации, в которых центральное место занимает осознание дыхания, но она также применима в любой момент повседневной жизни. Это означает — не делать ничего в отвлеченной манере, а с полной концентрацией на том, чем занимаешься, пусть это будет ходьба, еда, мысли или наблюдение, так, чтобы эти проявления жизни прояснились через их полное осознание. «Полнота разума включает в себя человека целиком и весь его жизненный опыт»21, — говорит Ньянапоника. Она распространяется на все сферы бытия: от состояния вашего разума до его ментального содержания. Каждый шаг, сделанный в состоянии полноты разума, ясен, четок, реален и, таким образом, не является автоматическим, механическим, рассеянным. Человек, достигший состояния полноты разума, бодрствует, осознает реальность во всей ее глубине и конкретике; он сконцентрирован, а не отвлечен.


21 Там же, C. 57.


Первые упражнения, которые ведут к увеличению полноты разума, это дыхательные упражнения. Как подчеркивает автор, это «занятия по развитию полноты разума, а не просто дыхания». И далее:

«В буддистской практике нет сдерживания дыхания или любого другого влияния на него. Есть только спокойное “еле заметное наблюдение” его естественного течения при устойчивом, постоянном, естественном и “оживленном” внимании, то есть без напряжения или зажатости. Частота дыхания контролируется, но не меняется сознательно. При регулярных занятиях, однако, дыхание вполне естественным образом успокоится, станет ровным и глубоким, а этот спокойный и углубленный ритм дыхания приведет к успокаиванию и углублению ритма всей жизни. Таким образом, полнота разума при выполнении дыхательных упражнений является важным фактором физического и умственного здоровья, хотя и является лишь побочным продуктом занятий»22.


22 «The Heart of Buddist Meditatrion», C. 61.


* * *

В классической буддистской медитации, описанной Ньянапоникой, за полнотой разума при дыхании следуют полнота ощущений разных положений тела, ясное понимание всех функций тела, затем четкое осознание чувств, состояния вашего разума (самопознание) и содержания ваших мыслей.

В этом кратком обзоре невозможно рассказать достаточно четко и детально о буддистской медитации так, как она практикуется школой Теравады, к которой принадлежит Ньянапоника Махатера. Поэтому каждому, кто серьезно заинтересовался медитацией как способом расширения осознания, я могу только порекомендовать изучить труд «Сердце буддисткой медитации.» Однако, несмотря на то, что его автор сам упоминает, что этот метод предназначен «не только для последователей Будды», я хочу сделать одну оговорку: автор является одним из самых опытных буддистских монахов и представляет доктрину буддизма в ее традиционной форме. Для многих, как и для меня, кто не принимает определенные положения буддизма, такие, как реинкарнация и следующая жизнь — негативные тенденции в буддизме Ханаяна, не согласен с техниками, предлагаемыми, чтобы убедить себя в тщетности этих стремлений путем изображения неприглядности мертвого тела, сложно практиковать медитацию непосредственно в том виде, как описано автором. Тем не менее мне кажется, что даже без упомянутых постулатов есть два основных положения, приемлемых для многих, кто, как и я, не буддисты, но глубоко впечатлены сутью буддистского учения. Я имею в виду прежде всего положение о том, что цель жизни состоит в преодолении жадности, ненависти и невежества. В этом отношении буддизм не сильно отличается от иудейских и христианских этических норм. Другим элементом буддистского мышления, более важным, хотя и отличающимся от иудейской и христианской традиций, является требование оптимального осознания процессов внутри и вне себя. Буддизм как революционное движение против ортодоксальности религии Хинди, которое сурово преследовалось в течение столетий за свой атеизм, характерен в определенной степени рациональностью и критичностью мышления, которые нельзя найти в западных религиях. Основа учения в том, что путем глубокого осознания реальности можно преодолеть жадность, ненависть и, следовательно, избежать страдания. Это учение является философско-антропологи-ческой системой знаний, которая входит в нормы жизни, так как появилась в результате анализа наблюдений за человеческим существованием.

Сам Ньянапоника Махатера выразил свою точку зрения очень ясно. Он формулирует функцию полноты разума как «получение все более ясного и интенсивного сознания и формирование картины реальности, которая была бы все в большей степени очищена от любых фальсификаций»23. Он говорит о медитации как о пути к «естественному, близкому и более дружественному контакту» с «подсознанием»24. «Тем самым, — пишет он, — подсознание станет более понятным и поддающимся контролю, то есть способным к координации с сознанием и помогающим его основным тенденциям. Благодаря уменьшению непредсказуемости и неуправляемости, возникающих в подсознании, уверенность в своих силах получит более надежную основу».25


23 «The Heart of Buddist Meditation», Р. 26.

24 Там же, C. 82.Термин «подсознательное» был выбран этим автором по его личным глубоким мотивам; я же отдаю преимущество термину «бессознательный», потому что он не создает впечатления о подчиненности подсознания сознанию.

25 Там же, C. 82.


Он заканчивает описание практики полноты разума, фокусируясь на одном из самых важных элементов буддистской философии, на требовании независимости и свободы. Он пишет, что «по своей сути вера в себя Сатипаттхана (полнота разума) не требует никаких изощренных техник или внешних предметов.

Каждодневная жизнь — вот ее рабочий материал. Она не имеет ничего общего с каким-либо экзотическим культом или ритуалом, не дарует какого-то «посвящения» или «эзотерического знания», кроме самопросветления».26


26 «The Heart of Buddist Meditation», Р. 82.


Мы увидели, что суть буддистской медитации заключается в том, чтобы достичь оптимального осознания реальности, в особенности тела и разума человека. Даже у тех, кто практикует буддистскую медитацию в ее традиционном виде, возникает вопрос: нельзя ли расширить ее рамки, добавив новые измерения осознания, на которые традиционный метод только намекает. Мне кажется, что существуют два таких направления развития буддистской медитации, хотя их можно использовать без какой-либо связи с буддистской медитацией или вместе с другими видами медитации, или непосредственно.

Что касается методов, способствующих большему осознанию тела, то я о них уже говорил: имею в виду «сенсорное осознание», «искусство движения» и учение тайцзы.

Достижение «большей ясности и интенсивности сознания и создание картины реальности, все более свободной от любых фальсификаций»,27 является вторым аспектом буддистской медитации. Поскольку Ньянапоника Махатера сам опирается на «более дружественный контакт с подсознанием», то остается только один шаг до предположения, что важным дополнением к буддистской медитации Ньянапоники может стать метод психоанализа, чья цель заключается в понимании подсознательных сторон нашего разума. Ньянапоника, которому я глубоко признателен за его глубокое и терпеливое изложение буддистской медитации и буддистской доктрины, сам был согласен с тем, что психоанализ может быть дополнением к традиционной буддистской медитации. Но хочу еще раз подчеркнуть, что, по моему мнению, метод психоанализа как средство достижения оптимального осознания является самостоятельным методом и ценен без какой-либо связи с буддистским или иным методом медитации.


27 Там же, С. 26.