Часть 2

2. Рождение


...

Осложнения во время родов

Кто может поставить ребенку в вину то, что он, вместо того чтобы прыгать в жизнь вперед головой, выбирает кажущийся более надежным прыжок вперед ногами? Ребенок не видит, куда его выталкивают с такой силой, он не знает, где выход из родового канала, и чем меньше он настроен матерью на ситуацию, тем больше будет сопротивляться.

В конце концов, любые, даже самые мягкие роды – это испытание мужества и борьба. Пребывание в узком родовом канале может показаться опасным и вызвать страх, поэтому практически любые роды – это травма. Все ситуации в дальнейшей жизни, которые будут связаны со страхом, могут оживить неосознанные родовые травмы. Но их не следует подавлять, это приводит к ослаблению личности. При определенном подходе они могут придать сил. Недаром народная мудрость гласит: «Не умрем, так выиграем». Но это возможно только в том случае, когда ситуация воспринимается осознанно, и для того чтобы удержать ее в сознании, не приходится задействовать большое количество энергии.

Типичная родовая травма, с которой в дальнейшем может быть связано множество проблем, возникает следующим образом: поскольку боль и выталкивающая сила увеличиваются, у ребенка нет шанса противостоять происходящему. Выталкивающая сила во время схваток и действия акушеров становятся настолько мощными, что младенец вынужден решиться на побег из тела, в котором стало так больно. И только когда самое ужасное оказывается позади, к нему возвращается сознание, то есть душа. Появившись на свет, он чувствует себя одиноким и покинутым. Подготовка ребенка и постоянный внутренний контакт с матерью могут облегчить ему сознательное восприятие того, что изменить никак нельзя. Дети не только понимают все гораздо лучше, чем нам кажется, они также прислушиваются к языку чувств, который взрослые большей частью уже забыли.

Если мать «убегает» от сознательного восприятия с помощью общего наркоза, ребенок чувствует, что его оставили в беде, потому что наркоз на него не действует. Для женщины общий наркоз связан еще и с тем, что невозможен момент посвящения, который должен присутствовать при родах.

В будущем человек с неотработанной схемой родового процесса, с одной стороны, всегда будет бояться узких мест и в прямом, и в переносном смысле, ему всегда будет не хватать решительности для чего-то нового. С другой стороны, он неосознанно будет искать подобные ситуации, чтобы, наконец, научиться относиться к ним адекватно. В школе жизни все точно так, как в нашем детстве: если мы не учимся читать, то скоро возненавидим чтение. Так происходит до тех пор, пока мы не прекращаем сопротивление, не покоряемся неизбежному и не учимся читать. Если осознать страх, связанный с травматической родовой ситуацией, то пропадает соответствующий травматический опыт.

С травмой рождения связана болезнь, которую представители академической медицины называют гипервентиляционной тетанией4. Картина болезни такова: человек с неразрешенной родовой травмой попадает в ситуацию, вызывающую страх, и склоняется к тому, чтобы этот страх подавить. Но то, чему нет места в сознании, проявляется по-другому – в учащенном дыхании. Тело начинает сжиматься, возникают первые судороги. Тогда человек осознает узость своего тела и испытывает страх. Если он продолжает дышать, то сможет справиться с ситуацией и достичь спасительного простора. Как только человек ощущает простор и открытость, страху не остается места и он исчезает. Но если процесс прерывают химическими препаратами, как только появляются судороги, то внутреннее состояние узости фиксируется. Тенденция пациента снова оказаться в подобной ситуации растет с каждым разом, поскольку судьба не оставляет надежды протащить его через узкое пространство, хотя теперь он так близко от цели. Чем совершеннее медицинская помощь, тем в данном случае хуже ситуация.


4 Гипервентиляционная тетания – судороги мышц, развившиеся вследствие гипервентиляции.


Врачи-аллопаты пытаются лечить гипервентиляционную тетанию с помощью кальциевых препаратов. Психотерапевты же мягко и осторожно, но вполне осознанно проводят пациентов через ощущение узкого пространства. Повторное переживание кризиса, связанного со страхом рождения, позволяет осознать подавленные травмы, так что эти травмы получают возможность буквально рассосаться. На этом примере можно увидеть различие между традиционно-аллопатическими принципами и теми, которые направлены непосредственно на выздоровление как на восстановление цельности.