Глава 8. Работа с «не-формами» и «не-восприятиями»


8.1. Имагинации и их использование в работе.

Бесцветная светимость и черные цвета

Воображение (имагинация), как составная часть большой функции бодрствования, ориентирована на работу с переведенным в представления массивом содержаний сознания и обычно зависит от функциональной структуры психики. Речь идет об имагинации в составе функции бодрствования — во сне и в психоделическом опыте имагинация может функционировать иначе, порождая совершенно новые имагинативные продукты.

В «области своего определения» имагинация точна. Как остроумно заметил Андрей Парибок: пытаясь вдеть нитку в иголку, мы можем не попасть в игольное ушко, но воображая это действие, мы не можем ошибиться. Имагинация может быть недостаточно дифференцирована и потому требовать больших затрат энергии для воображения деталей, но объект, создаваемый воображением, и определяющие его свойства не трансформируются в иные: воображая зеленый квадрат, можно не суметь удержать в воображении все четыре угла, но нельзя по ошибке получить желтый круг.

Вместе с тем, за пределами «области определения» можно получить новые и нетривиальные содержания, которые могут включаться в психонетическую работу. Рассмотрим получение некоторых таких содержаний, которые по своим свойствам приближаются к не-формам и могут быть использованы для осуществления психонетических операций. Такие содержания становятся первыми объектами, которые возникли в результате пробуждения «спящих» функций.

8.2. Бесцветная светимость, текучесть и текучая светимость

Один из способов, выводящих имагинацию на пределы «области определения», — последовательное лишение реального объекта некоторых определяющих его качеств при сохранении других. Так, например, представляя себе огонь, можно лишить его качества жара, превратив его исключительно в источник света, а затем, сохраняя его светимость, последовательно устранить цветность. Светимость при отсутствии цвета— это не ярко-белое сияние и не цвет вольтовой дуги, — это достаточно абстрактное переживание, выявляющее в переживании светимости не только визуальный, но и иной компонент. Этот иной компонент, развертываясь в визуальности, может добавлять качества интенсивности и истечения, модифицируя собственно визуальные проявления. Однако, будучи изолированной от визуальности, бесцветная светимость как бы намекает на иную, неразвернутую модальность.

Интенсивность и истечение сами могут развернуться в совершенно особые формы, отражающие активность и потенциальную силу объектов. Возможно активно использовать светимость для модификации не-форм и превращения их в абстрактные протоформы, а также для управления восприятием. Так, бесцветную светимость можно развернуть в АПЗ, придавая большую или меньшую интенсивность ее проявлению, а можно использовать для модификации свечения поля зрения при закрытых глазах.

Подобно бесцветной светимости формируется и чистая текучесть: из интегрального образа воды последовательно удаляется влажность и плотность. Перенос текучести на соматическое поле увеличивает гибкость тела, а выделение качества текучести в природе помогает выявить аспекты подвижности и изменчивости в восприятии Мира.

Возможно и объединение светимости и текучести в единый интегральный объект. Такое объединение также является родоначальником функции и модальности, соответствующих отдельным аспектам Мира и в активном модусе воздействующих на него.

8.3. «Несуществующие цвета»

Используя исключение одних и присоединение других качеств, можно получить переживание цвета, отсутствующего в реальном опыте. Внутренняя «цветовая алгебра» основана на переживаниях трех первичных цветов — красного, синего и желтого, двух ахроматических — черного и белого, и на получении их производных, своего рода «сложениях». Так, из синего и красного можно получить фиолетовый, из синего и желтого — зеленый и т.д. Допустимы также обратные операции — «вычитание» из сложных цветов их компонентов: вычитая из оранжевого красный, получим желтый, и т.д.

Цвета связаны с первичными смысловыми переживаниями — невозможно объяснить словами субъективное различие зеленого и синего цвета слепому от рождения человеку. Проводя «алгебраические» операции с реальными цветами и опираясь на изученные ранее процедуры развертывания смыслов и свертывания чувственно проявленных форм до смысловых переживаний, следует сместить операции из поля цветовых форм в поле смыслов. Тогда смысловым операциям «сложения» и «вычитания» смысловых эквивалентов цветов будут соответствовать проекции этих операций в цветовой модальности. Проведя «смысловое сложение» или «вычитание» цветовых смыслов, следует развернуть результат и сравнить его с результатами «цветовой алгебры». Следующая задача не столь тривиальна: «вычитание» из базовых цветов — из красного вычесть синий, из синего — желтый или зеленый и т.д. Результаты оказываются за пределами «области определения» визуальной цветовой функции — их нельзя ни увидеть, ни представить, но можно развернуть как особое цветовое переживание, не имеющее аналогов в обычном опыте.

Другой способ получить необычные цветовые переживания связан с приданием черному цвету качества цветного. Различие цветов отражает различие лежащих в их основе смыслов, которые могут быть развернуты в разных психических средах (отсюда и концепция Люшера). Ряд смыслов, обладающих «цветовой потенцией», не развернулись в цветовые содержания, но могут быть спроецированы на переживание черного цвета, модифицируя его чувственное проявление.

Обычно черный цвет воспринимается как отсутствие всякого цвета, нечто абсолютно поглощающее и ничего не испускающее. Но соединяя образ черного цвета с тем или иным фундаментальным переживанием и сравнивая результаты, можно получить новые цветовые переживания, придавая проекциям смыслов на модальную область чувственный характер.

Так, можно визуализировать абсолютно черную поверхность с неосвещаемым, т.е. абсолютно черным отверстием в нем. Чернота поверхности и чернота отверстия, туннеля, провала — это разные цвета, хотя их первоначальная, т.е., не модифицированная смысловой проекцией, чувственная ткань идентична. Можно расширить набор различных «черных цветов»: ввести на абсолютно черном фоне источник яркого черного цвета (соединяя участок черной поверхности с интенсивной бесцветной светимостью), черную поверхность, освещенную и не освещенную черным светом, тень от черного предмета, освещаемого черным светом и т.д. Так получается набор черных цветов, постепенно приближающихся по мере углубления практики к статусу самостоятельных цветов.

Понятно, что необычные цвета не являются самоцелью. Важно сделать первый шаг к освобождению сознания из-под диктата сложившихся нейрофизиологических структур и приданию сознанию активного характер. А активный характер — это развертывание «спящих» смыслов в чувственные формы, не имеющие соответствий в проявленных содержаниях.

8.4. Поворот АПЗ

Этот прием разработал наш сотрудник Андрей Громов. Прием положил начало целой линии психонетической работы. Его легко описать, но выполнить можно, только опираясь на предыдущие практики.

После формирования абстрактной плоскости зрения волевым усилием осуществляется поворот АПЗ вокруг вертикальной оси. Особенность приема в том, что, не будучи дифференцированным визуальным объектом, но являясь основой визуальных феноменов, первичной по отношению к полю зрения, АПЗ не может «встать в торец» по отношению к полю зрения (в противном случае АПЗ была бы воспринята как проекция на такую же АПЗ, чего быть не может, поскольку не-формы одного вида тождественны).

При повороте абстрактной плоскости зрения «визуальная картинка» в поле зрения остается тождественной себе, но изменяется угол ее проекции на АПЗ. Если осуществляется поворот именно АПЗ, а не ее имагинативного эквивалента, то возникают сложные переживания, связанные с манипуляцией не-формой, которые не могут быть отражены в чувственно проявленных содержаниях. Можно говорить о странности возникающего при этом состояния. Специфические напряжения сознания, сопровождающие поворот АПЗ (особенно при осуществлении полного поворота или нескольких поворотов), предвещают разрыв, расслоение визуального пространства и пространства внимания.

Подобным же образом со сходными последствиями может быть осуществлен поворот АПЗ вокруг горизонтальной оси и еще более «странный» поворот вокруг диагонали в пространстве. После овладения техникой поворотов на основе этих элементарных движений строятся их сложные комбинации. Делается это не ради получения удовольствия от «игры в кубики», а для постепенного освоения пространства внимания, необходимого для дальнейшей практики.

Каждой дифференцированной перцептивной функции соответствует свое пространство — трехмерное для визуальной, одномерное для аудиальной, пространство с несколько неопределенной мерностью — для кинестетико-соматической. Внимание в силу своей недифференцированности может послужить основой для формирования нескольких вторичных функций, но для этого нужно выделить и закрепить специфику пространства внимания и несовпадение его характеристик с характеристиками визуального пространства.

8.5. Пространства, возникающие на фоне объемной деконцентрации и абстрактной плоскости зрения

Не-формы не могут быть описаны перечнем свойств, и точно так же не могут быть описаны различия между ними. Описание применимо только к чувственно проявленным формам, а то, что лишено качеств и ограничений, можно сравнивать исключительно на основе прямого усмотрения. Однако можно построить процедуры, ведущие к различным вариациям не-форм.

Переживание пустого бесконечного пространства может быть получено, по меньшей мере, двумя способами. Эти способы предопределяют тонкие различия между разновидностями пустого пространства. Применительно к ЛОВ эти способы были рассмотрены выше.

Один способ — порождение пространства вследствие динамичного расширения объемной дКВ, выходящей за пределы спроецированной на АПЗ «визуальной картинки». В этом случае расширение объема внимания за пределы ограниченного визуального пространства вызывает переживание расширяющегося пустого пространства: внимание расширяется, а объектов внимания уже нет.

Второй вариант — придание глубины АПЗ, формирование пространства из АПЗ.

В первом случае формируется пространство, охватывающее предметы, стремящееся их создать, пространство, потенциально порождающее предметы. Во втором — пространство, безразличное к предметам, направленное на «углубление абстрактности», если можно так выразиться. Пространство, потенциально содержащее предметы, и пространство вне предметов — различные пространства, хотя различие между ними мы можем описать лишь путем указания на процедуру их порождения.

8.6. Одномоментное «замораживание» двух длительностей и формирование двумерного времени

Субъективное замедление времени не является исключительным явлением в человеческой жизни. Время «замедляется» в условиях высокой опасности — при падении с высоты, когда человек попадает в аварию и т.д. Время «замедляется» и во сне — сон длительностью в несколько десятков секунд может по субъективному времени длиться минуты и часы. В этих случаях внутренняя работа, требующая значительной длительности, укладывается в значительно меньший промежуток «внешнего» времени. Если представить себе такую точку в сознании, из которой наблюдается и внешнее, и внутреннее «замедленное» время, то из нее будет видно «двумерное» время — внутреннее время идет как бы вовнутрь сознания, становится «перпендикулярным» внешнему времени.

Обычно время представляется чем-то одномерным и линейным, направленным лишь из прошлого в будущее. Эта одномерность отражается в объеме работы, которую можно произвести в условную единицу времени. Критерием формирования двумерного времени является выполнение внутренней работы (например, проведение сложных арифметических операций или решение сложной логической задачи) в очень короткий для внешнего наблюдателя интервал времени. Тогда задача решается по оси времени, направленной «внутрь сознания», «перпендикулярно» обычной оси времени.

Для создания двумерного времени используется прием одновременного удержания, «замораживания» в сознании двух различных длительностей. Подобно тому, как в упражнениях, описанных в 5.11, использовались приемы «замораживания» событий, для решения задачи формирования двумерного времени используется одномоментное «замораживание» двух разных по длительности временных интервалов. Вначале и первый и второй интервалы, определяемые звуковым сигналом, удерживаются параллельно и сразу, а затем одномоментное удержание касается лишь длительностей как таковых — без звуков, ограничивающих длительности. Звуковой сигнал при этом подавляется. Далее следует произвести внутри каждого интервала какие-либо действия — чтение двух разных стихотворений или просчет двух разных цифровых последовательностей.

Понятно, что при одинаковой скорости работы, а следовательно, и при разном объеме выполненных работ, начало и конец действий, производимых в разных по длительности промежутках, парадоксальным образом совпадают. Поскольку же субъективные скорости осуществления деятельности были одинаковы, то наблюдается расщепление сознания на два потока деятельности, направленных по-разному.

Двумерное время воспринимается парадоксально: субъективно разные временные потоки событий протекают с одинаковой скоростью. Так, наблюдая полет пули (явление, которое иногда встречается в условиях боевых действий) в течение нескольких микросекунд можно произвести внутренние действия, занимающие не меньше секунды — заметить вращение пули, царапины от прохождения нарезного ствола и т.д. Субъективно пуля движется медленно, но это не означает, что все остальные летящие в данный момент пули замедляют свой полет по отношению к наблюдателю. Время как бы «раздувается» в непосредственной близости от субъекта, в сторону которого направлен выстрел.

Этот опыт невозможно воспроизвести в обычном состоянии сознания — одномоментное удержание двух различных длительностей означает сдвиг сознания в сторону измененного. Но по-настоящему измененным сознание становится лишь при осуществлении двух различных действий в каждом из промежутков времени при субъективно одинаковой скорости и объеме действий, соответствующих каждому промежутку. Тогда и становится возможной организация сверхбыстрых для внешнего наблюдателя (но нормальных для практикующего) внутренних процессов, в том числе и решение сложных задач за считанные секунды.

8.7. Формирование «тела внимания» и манипуляции с ним

8.7.1. Локальный объем внимания и его перемещения

После овладения техникой формирования ЛОВ, его перемещения и изменения формы, локальный объем внимания можно превратить в полноценное тело внимания (ТВ). К началу подобной практики становится очевидным несовпадение визуального пространства и пространства внимания. Так, при повороте эллипсоида внимания в горизонтальной плоскости эллипсоид становится в торец по отношению к полю зрения. Если речь идет о визуальном образе, то проекция в таком положении его на сетчатку или на воображаемое поле зрения будет меньше, чем проекция его длинной части. В случае же вращения эллипсоидного тела внимания никаких проекционных искажений не может быть, фигура внимания остается тождественной себе при различных поворотах. Иллюзия внешнего (по отношению к сознанию) тела, характерная для визуальных объектов (восприятий и образов), здесь не возникает, поскольку внимание с самого начала работы с ним понимается как феномен сознания, не пассивно отражающий, а формирующий отражения «внешних» по отношению к наблюдателю реальностей. Тем более, что предшествующие манипуляции (выведение ЛОВ на периферию поля зрения и за его пределы) освободили ЛОВ от последних остатков визуальности. Поэтому и закономерности работы визуальной функции не распространяются на восприятие тела внимания.

Перемещения и повороты ЛОВ дают возможность осознать, что работа ведется со вниманием как с субстанцией: ЛОВ независим от попадающих в него объектов, с ним можно проводить такие же манипуляции, как и с занимающим некоторый пространственный объем телом. Но эти манипуляции и их результат отличаются от тех манипуляций, которые можно проводить с визуально воспринимаемым телом. Таким образом, на базе внимания как функции начинает развиваться новая функция, направленная на работу с субстанцией внимания. Важно в самом начале работы не позволить визуальной функции ассимилировать вновь создаваемую функцию.

Выявление во внимании аспектов субстанциальности и подавление функциональных аспектов превращает внимание в удобный материал для последующего формирования объектов, полностью подчиненных осознанной воле. Встает вопрос о степени реальности таких объектов.

Тело внимания (ТВ) остается фактом индивидуального сознания до того момента, пока не возникает согласованная реальность для группы лиц, использующих одну и ту же целенаправленно созданную функцию. Тогда созданное кем-либо из членов группы ТВ и манипуляции с ним воспринимаются всеми членами группами как реально существующий объект, четкость и однозначность восприятия которого растет по мере усиления согласованности.

8.7.2. Изменение формы тела внимания

Простые изменения формы ТВ, рассмотренные выше, служат основой для более углубленной работы.

Если формирование «шара внимания» или «эллипсоида внимания» возможно и при сохранении функциональных аспектов внимания, то более сложные формы требуют полной остановки работы внимания как функции. Внимание, ставшее «тонкой» субстанцией, сохраняет такую же связь с волей, как и внимание-функция, будучи в принципе целиком подчиненным воле и допускающим любые модификации, не противоречащие ее природе.

«В принципе», однако, не означает «в реальности». Управлению субстанцией внимания человек обучается так же, как ребенок учится завязывать шнурки. При построении сложных фигур внимание легко срывается либо на функциональную работу, либо на подмену визуальными образами. Работа с управлением формой ТВ требует исключительной сосредоточенности.

Простейшей модификацией ТВ, требующей значительных усилий, является превращение «эллипсоида внимания» в «тор внимания». Для достижения этого эффекта следует медленно загибать края эллипсоида вверх или вниз, пока они не замкнутся, образуя тор, «бублик» внимания. Как правило, трудности наступают при замыкании краев ТВ — то, что находится внутри тора («дырка от бублика»), стремится быть заполненным вниманием. «Тор внимания» может либо превратиться в «шар» или «диск» внимания, либо визуализироваться. Преодоление этого барьера открывает дорогу к дальнейшим модификациям, в том числе, к созданию внутренних структур ТВ и последующему запуску в ТВ процессов, аналогичных морфогенетическим.

8.7.3. Формирование структур интенсивности ТВ

«Субстанция внимания» возникает при остановке внимания-функции, как нечто совершенно бескачественное, пространственно ограниченное только геометрическими формами, перенесенными из визуального опыта. Кажется, что внутреннюю структуру ТВ можно представить, только подменив ТВ визуальной фигурой. Однако у внимания есть одно качество, которое может послужить основой для формирования внутренних невизуальных структур ТВ — интенсивность.

Обычно интенсивность внимания изменяется солидарно — сразу по всей фигуре внимания. Особенно трудно изменить интенсивность какой-либо части тела внимания, когда у внимания нет объекта — нет критерия, позволяющего оценить соотношение интенсивности отдельных частей ТВ. Для уверенного внесения градиента интенсивности, а затем и структуры интенсивности в ТВ можно воспользоваться феноменологией взаимодействия внимания и «визуальной материи» в поле зрения при закрытых глазах (см. п.3.3).

После формирования полосы внимания в поле зрения можно менять интенсивность сгущения «визуальной материи», изменяя интенсивность внимания. Отработать работу с интенсивностью можно двумя способами.

Первый — это просто перемещение сгущения внимания по полосе или по крестообразной фигуре. Здесь нужно учесть, что речь идет не о перемещении внимания, а об изменении интенсивности в пределах фигуры внимания, поглотившей все ресурсы внимания. Перемещение пятна повышенной интенсивности внимания отражается в перемещении визуальных сгущений по полосе внимания.

Второй способ — постепенное распространение деконцентративного внимания по всему полю зрения с тщательным выравниванием отклонений от однородного визуального фона за счет усиления или ослабления интенсивности внимания на отклоняющихся от общего фона участках (см. п.3.3). В этом случае можно получить однородное свечение поля зрения, интенсивность которого зависит от интенсивности внимания. В этом однородном свечении можно создать зоны повышенной или пониженной интенсивности свечения, изменяя интенсивность внимания на отдельных участках. При этом важно сохранять всю деконцентративную картину в целом, не разрушая деконцентрацию.

После того, как такая работа станет привычной, можно перенести опыт управления интенсивностью внимания на абстрактные пространственные ТВ. Здесь не будет обратной связи по каким-либо модальным признакам, и потому формирование зон внимания с разной интенсивностью к этому моменту должно быть достаточно хорошо отработано.

Главным барьером, который нужно преодолеть на этом этапе работы, становится стабильное удержание зон с разной интенсивностью внимания в пределах стабильного ТВ.

Для начала следует поработать с шарообразным ТВ.

В нем можно выделить сгущение интенсивности внимания либо в одном из полушарий, либо на полюсах. Следующий шаг — формирование зоны повышенной или пониженной интенсивности внутри ТВ в виде тяжа или внутреннего шара. Эта работа имеет смысл лишь при полном устранении визуальных эквивалентов этих «фигур интенсивности». «Шар внимания» с внутренней неоднородностью должен формироваться и восприниматься целиком со всей его внутренней структурой, которая переживается не как «вид со стороны», а как переживание всего внутреннего объема, созданного из «материи сознания». Только в этом случае возможна дальнейшая конструктивная практика без подмены ее воображением.

8.7.4. Вращение однородных тел и плоских пятен внимания

Формирование зон с разной интенсивностью внимания создает предпосылки для расширения набора манипуляций, которые можно проводить с телом внимания. В первую очередь нужно создать движение внутри ТВ, которое впоследствии послужит основой для организации управляемых процессов внутри ТВ.

Простейшая манипуляция такого рода — вращение однородного ТВ. Эта операция непредставима с привычной точки зрения. Внимание как функция выделяет предметы, может перемещаться, но представить себе его вращение просто нечем. Однако тело внимания с асимметричной интенсивностью можно вращать так же, как и любое асимметричное ТВ.

Если начать подобное вращение и в ходе его выровнять интенсивность внимания по всему ТВ, опираясь на опыт выравнивания интенсивности внимания по полю зрения при закрытых глазах, то можно уловить несколько мгновений парадоксального переживания — вращения однородного ТВ. Теперь остается за счет длительной тренировки по расширению времени сохранения эффекта вращения получить эффект длительного вращения однородного ТВ. Провести такую работу можно только при условии «ментальной тишины» («внутреннего безмолвия», «остановленного внутреннего диалога») и подавления привычных ассоциаций и стереотипов восприятия и имагинации. Нужно не допускать никаких визуальных или кинестетических ассоциаций, иначе они подменят собой работу со вниманием. В воспроизведении и продлении эффектов вращения внимания помогают приемы «замораживания» в сознании достигнутого эффекта и последующего его развертывания.

Подобный же эффект можно получить и для плоского пятна внимания. Эффект вращения внимания замечается на начальной стадии изучения дКВ при использовании приема перемещения пятна внимания по краям поля зрения с постепенным расширением этого пятна на все поле зрения. Однако по-настоящему эффективным этот прием становится при овладении техникой формирования АПЗ.

Если «пятно внимания» формируется не по отношению к визуальной «картинке», а по отношению к АПЗ, то получается вращение, лишенное какой-либо связи с визуальностью. Такое вращение можно перенести и на АПЗ в целом.

Вращение АПЗ — прием не менее сильный, чем повороты АПЗ. В отличие от манипуляций с ЛОВ, т.е. с фигурой, хоть и построенной из неосязаемой «материи внимания», но имеющей геометрическую форму, работа с АПЗ — это работа не с фигурой, а с не-формой в поле чистых (амодальных) смыслов. Поэтому вращение здесь теряет последние признаки формы и переходит в разряд не-форм, становится вращением-смыслом, а не его чувственным проявлением.

Вращение однородного «шара внимания», «пятна внимания» и АПЗ выводит эти фигуры и не-форму за пределы визуальной очевидности: визуальный образ движения можно создать, лишь используя визуальные неоднородности.

8.7.5. Организация процессов внутри ТВ

Создание структур интенсивности и вращение внимания — это только первый шаг к превращению ТВ в рабочий инструмент психонетического процесса. Необходимо создать внутренние потоки субстанции внимании, избегнув при этом главного соблазна — визуальных и кинестетических подмен.

Простейший прием — вращение верхней и нижней полусфер «шара внимания» в противоположных направлениях. Переход к таким вращениям осуществляется, как и при переходе к вращению однородного «шара внимания», за счет использования неоднородностей интенсивности внимания и созданных из этих неоднородностей простейших фигур внутри «шара». Их последующее «растворение» в ходе вращения ведет к сложному переживанию внутренней подвижной структуры ТВ.

Следующий шаг — вращение экваториальной части «шара внимания» в одну сторону, а полюсов — в другую. Это уже прообраз процессов-потоков, которые можно создавать в ТВ.

И, наконец, организация внутренних движений в ТВ, не имеющих аналогов в визуальной практике.

Внимание, оторванное от визуальных форм, достаточно подвижно для создания любых необычных форм. Однако условием для этого, повторим, является ментальная тишина («остановка внутреннего диалога»), прекращающая воспроизведение стандартных форм сознания. ТВ самим фактом своего существования нарушает фундаментальный принцип визуальной функции — воспринимается и представляется всегда поверхность предмета, но не его внутренность. Если предмет разрезать на две или множество частей, наблюдатель все равно будет видеть множество новых поверхностей. Визуальный объект — это всегда объект перед наблюдателем, перед воспринимающим сознанием. Сама идея объективного внешнего мира проистекает из этого свойства визуальной функции — принципиальной недоступности восприятия внутри объекта.

Внимание же, распределенное в объеме, с самого начала воспринимает весь объем ТВ целиком. ТВ не находится перед сознанием, скорее, сознание распределилось в объеме ТВ. Поэтому и процессы, идущие внутри ТВ, воспринимаются целиком, не как проекция на наблюдателя, а как то, в чем наблюдатель распределен. Здесь аналогом АПЗ выступает уже не условная плоскость, а сознание как таковое. От этого пункта отходят три линии дальнейшей практики: сосредоточение на том, что воспринимает и на что проецируется тело внимания, т.е. вхождение в чистое сознание; управление процессами, идущими в организме; формирование относительно независимых от формирующего «Я» короткоживущих объектов.

Первым необычным процессом, который можно сформировать в пределах ТВ, является вращение ТВ одновременно в двух плоскостях. Если при вращении в двух плоскостях визуального шарообразного объекта вращательные движения складываются и точка на его поверхности описывает синусоиду, то в «шаре внимания» дело обстоит иначе. «Субстанция внимания», из которой состоит ТВ, однородна и континуальна. В ней, если не применяются специальные процедуры, вроде выделения зон повышенной или пониженной интенсивности, нельзя выделить отдельные независимые точки (что легко делается в отношении визуальных, звуковых или тактильных восприятий). Интегрального вращательного движения здесь нет, «шар внимания» одновременно вращается в двух плоскостях, и эти движения не складываются, они сосуществуют одновременно.

Мы получаем совершенно необычный объект — двумерное (а в перспективе и трехмерное) вращение, лишенное чувственной визуальной наглядности, но вместе с тем оно переживаемо как реальное. Опираясь на столь необычный опыт, можно создать внутри ТВ «потоки внимания» и «пульсацию интенсивности внимания», идущую от центра к периферии и наоборот.

8.8. Тело внимания, совпадающее с физическим телом, и операции с ним

8.8.1. Остановка внимания и независимые движения ТВ

Выше была упомянута возможность формирования ЛОВ вокруг тела и придания ЛОВ формы тела. Это достаточно тонкий процесс, результат которого зависит от ряда нюансов.

Прежде всего, следует иметь в виду, что происхождение ЛОВ влияет на его качества. Обычно ЛОВ формируется либо из визуального внимания (постепенно избавляясь от его специфики), либо из соматического, либо из не-формы (АПЗ или порожденного из АПЗ бесконечного пустого пространства).

ЛОВ визуального происхождения, охватывающий тело, с самого начала вводит двойственность восприятия тела и дает возможность пронаблюдать колебания восприятия тела то как «своего» (соматическая составляющая), то как «чужого», внешнего объекта, отразившегося в субстанции внимания. В этом случае для полноценной работы с ЛОВ необходимо подавить соматическую составляющую, сосредоточившись на отражении тела в субстанции внимания, подобно тому, как проходило управление цветом в перцептивных неравновесных средах.

ЛОВ можно сформировать и из соматического пространства. Это сделать гораздо сложнее, если нет опыта работы с геометрией соматического пространства, а этот опыт, как правило, ограничен и мало систематизирован. Главное препятствие — в соматическом пространстве, в отличие от визуального, нет переживания пустоты между отдельными ощущениями. Предметность визуального восприятия позволяет выделить пространство между предметами, что и является отдаленным отражением пространства как не-формы. Однако в соматическом пространстве предметности как таковой нет, есть отдельные ощущения и качества — тепла, боли и т.д. На помощь здесь приходит организация тактильного поля.

ЛОВ можно «вырастить», отталкиваясь от слитного ощущения соприкасающихся точек тела — пальцев, ладоней и т.д. Соприкасающиеся ладони порождают ощущение, принадлежащее им обеим. В момент их рассоединения ощущение соприкосновения расщепляется, и возникают два разных ощущения. Этот момент расщепления является зародышем соматического ЛОВ — внимание может зафиксировать возникновение соматической «пустоты» и начать перемещать ее по телу. Для целей формирования ТВ — это слишком трудоемкая работа, но ЛОВ соматического происхождения эффективен при переносе процессов, происходящих в ТВ на реальные процессы в организме.

Более эффективна работа с ЛОВ, формируемым из абстрактной плоскости зрения. В этом случае «субстанция внимания» оказывается столь же сильной, как и фон, явившийся результатом соматической дКВ. Использование ЛОВ, порожденного из не-формы, более эффективно, чем ЛОВ из объемной дКВ.

В любом случае ЛОВ, формируемый за пределами тела, перемещается так, что тело попадает внутрь ЛОВ. Остановка и включение внимания-как-функции является первым шагом к формированию ТВ, пространственно совпадающего с телом практикующего.

После того как тело оказалось внутри ЛОВ, обычно проводится несколько включений-выключений внимания-как-функции для того, чтобы добиться произвольного смещения внимания от тела. Это гораздо более сложная задача, чем остановка визуального внимания. Тело в бодрствующем состоянии постоянно присутствует в восприятии, и невозможно как-то символически отгородиться от этого восприятия, подобно тому как мы закрываем глаза или затыкаем уши. Поэтому остановка локального объемного внимания вокруг тела требует достаточно долгой и упорной практики.

Остановка внимания-как-функции в ЛОВ вокруг тела уже порождает свою линию дальнейших практик, но по-настоящему радикальной и чреватой далеко идущими последствиями становится работа с ЛОВ, принявшим форму тела и совпавшим с ним. В этом случае можно говорить о ТВ, поскольку возможно и включение внимания-как-функции (в этом случае внимание может взаимодействовать с телом, влияя на идущие в нем процессы и уподобляясь отдельным его частям), и остановка внимания (тогда ТВ можно перемещать независимо от физического тела и изменять его форму).

Становятся возможными не только консолидированные движения всего ТВ, совпавшего с телом, но и взаимное перемещение его отдельных частей, соответствующих или не соответствующих частям тела. Так, можно поднять «руку внимания», не сопровождая этот подъем движением «физической» руки. Поскольку на тело внимания не распространяются ограничения физического тела, связанного с жесткой структурой костей и строением суставов, движения «конечностей внимания» могут быть неограниченными, они могут вытягиваться, изгибаться, менять форму и размер.

С определенного момента «субстанция внимания» сгущается, и ТВ становится стабильным и независимым в своем перемещении от физического тела. При этом еще больше подрывается очевидность связи «Я» с физическим телом и соотнесение «Я» с соматическим пространством. Сопутствующие практики, придающие функции внимания не только формирующий, но и перцептивный характер, позволяют соотнести «Я» с целенаправленно сформированным ТВ в такой же степени, как и с физическим телом.

Впрочем, слова «физическое тело» приобретают в контексте описанной практики сомнительное звучание. Неизбежно возникает ряд вопросов. Что называть «физическим телом» — комплекс соматических ощущений и переживаний или же расширенное понимание тела, включающее в себе все формы, с которыми может отождествить себя «Я»: визуальные, звуковые или формы внимания? Насколько привычное развертывание «Я» в соматическом пространстве реальнее развертывания «Я» в теле внимания? Что в психонетических практиках вообще считать реальностью, а что иллюзией?..

8.8.2. Повороты ТВ внутри физического тела

В описанных выше практиках главным препятствием в продвижении служит стремление к подмене работы с субстанцией внимания кинестетическими или визуальными образами. Такая подмена ограничивает возможности выявления особых качеств пространства внимания и объектов, построенных из «субстанции внимания». Поэтому и вводятся упражнения, наглядно демонстрирующие отличие пространства внимания от визуального и соматического.

Одним из таких упражнений является поворот ТВ, дублирующего физическое тело, внутри самого физического тела. По сравнению с вращением «шара внимания» в этом случае есть две особенности. Во-первых, поворот ТВ не предполагает «выступов» ТВ за пределы физического тела. При повороте ТВ сохраняет конфигурацию физического тела, и потому поворот означает своего рода «перетекание» субстанции внимания внутри не изменяющего свою форму ТВ. Отсюда проистекает и вторая особенность — поскольку ориентация физического тела в пространстве тесно связана с условной ориентацией внутреннего наблюдателя, субъективно находящегося внутри тела, то поворот ТВ, «внутри» которого локализуется наблюдатель, как бы захватывает наблюдателя, изменяя его пространственную ориентацию, либо создает сложную внутреннюю конструкцию, когда наблюдатель одновременно ориентируется по оси физического тела и по оси развернутого на 90 — 180 — 270 градусов ТВ.

«Перетекание» субстанции внимания при повороте воспринимается как движение внимания внутри ТВ. Это упражнение является подготовительным для организации «потоков внимания», т.е. процессов внутри ТВ.

8.8.3. Организация процессов внутри соматического ТВ

Организация процессов внутри соматического ТВ ничем принципиально не отличается от процессов внутри «шара внимания» по своим приемам, но результаты и линия последующей практики имеют свои особенности. «Шар внимания» охватывает только пространство, но не какой-либо предмет. При всей интимности переживания «шара внимания» как части своего сознания, он остается внешним по отношению к наблюдателю и не ассоциируется с собственным телом. Соматическое же ТВ совмещено с физическим телом, и только целенаправленная остановка внимания как функции позволяет не отождествлять соматическое ТВ с ним. Как только соматическое ТВ начинает работать как функция, интенсивностные структуры ТВ и процессы в нем отождествляются со своими проекциями на соматические ощущения. Поскольку в этом случае внимание работает в деконцентративном режиме, формирование новых конфигураций соматических ощущений становится достаточно выраженным.

После освоения поворотов ТВ приходит очередь организации внутренних потоков. Первый шаг при этом такой же, как и при работе с обычным ЛОВ: осуществляется поворот лишь части ТВ — верхней части, выделенного фрагмента или внутренних слоев.

Структуры и процессы в ТВ могут «зацепить» соматические процессы (подобно тому, как это происходит при аутогенной тренировке, когда образ тяжести или тепла снижает мышечный тонус или расширяет просвет сосудов) и изменить их характер или направленность, уподобляя их себе. Наиболее интересной при этом представляется организация дифференцирующего процесса и контрпроцесса в ТВ. Однако достоверный опыт организации таких процессов, аналогичных или противоположных морфогенетическим, пока отсутствует.

8.9. Использование субстанций других функций при дифференцировке ТВ. Визуализация «тела внимания»

Все те манипуляции, что до сих пор проводились с ТВ, представляют собой, по сути, перенос особенностей организации визуальной модальности на субстанцию внимания. Так, объемность, геометрические формы и вращение суть проекции визуальности на бескачественную и бесформенную субстанцию внимания. Даже операции, которые выводят практикующего из визуального пространства в пространство внимания, строятся «от противного» по отношению к визуальным характеристикам.

Обладая преимущественно внемодальным характером (зачаточная модальность выявляется при пространственных манипуляциях с ЛОВ и ТВ), внимание лишено организации, присущей модальным функциям, и потому может как принимать в себя визуальную, аудиальную, тактильную и другие субстанции, так и воспроизводить в себе характеристики развернутых и неразвернутых функций.

При своей дифференцировке внимание может либо выявить свою природу и приобрести модальность, не представленную в перечне основных модальностей восприятия, либо остаться метафункцией, создающей гибридные и новые функции. Возможность своего рода «гибридизации» функций и не соответствующих им субстанций можно рассмотреть на примере процесса «визуализации» внимания.

Тенденция к визуализации «шара внимания» сохраняется на протяжении всей работы с ЛОВ, особенно, когда начинает создаваться его внутренняя интенсивностная структура. Эта тенденция подавляется, если ставится задача выявления и дифференцировки особенностей внимания как перцептивной и формирующей функции, но если речь идет о создании «гибридной» функции, то стремлению к визуализации нужно дать возможность реализоваться при условии тщательного контроля за этим процессом со стороны «Я».

Одна из фундаментальных характеристик визуальной функции — восприятие поверхности объекта, а не его внутреннего содержимого как такового. В противоположность этому, пространственное внимание равномерно охватывает весь объем, на который оно направлено. Для успешной визуализации нужно сохранить характерное для внимания восприятие всего объема ЛОВ без разделения на его поверхностные и внутренние части. В этом случае постепенная визуализация позволяет сохранить восприятие всего объема, поскольку все визуальные элементы порождаются субстанцией внимания одновременно. Такое необычное переживание становится возможным лишь при проведении этой процедуры с позиции 3-й фазы волевой медитации, когда любые отклонения от превращения всей субстанции внимания в визуальную субстанцию рассматриваются как подлежащая устранению помеха.

Переживание действительно необычно: заново создается не только визуальный образ, но способ его восприятия. Визуальный образ не противопоставляется позиции наблюдения, не разносится с ней, а совпадает. Примерно так воспринимаются внутренние органы в соматическом пространстве — как расположенные внутри аппарата восприятия. Можно сказать, что в результате проведенной операции создается гибрид визуальной и соматической перцепции.

Помимо визуализации ТВ, возможна его дифференцировка с привлечением и аудиальной, и тактильной «субстанций». Тогда формируется уже совершенно необычное состояние восприятия, не имеющее никаких аналогов в обычной жизни: пространственная объемная звуковая или объемная тактильная конструкции с внутренними неоднородностями, которым можно придать не только интенсивностный, но и качественный характер.

8.10. Пространство внимания и визуальное пространство

Описанные выше манипуляции могут быть выполнены только при условии различения визуального пространства и пространства внимания. В визуальном пространстве, заполненном визуальными объектами, присутствует точка наблюдения, и проистекающие из такого присутствия законы перспективы Угловые размеры удаляющегося предмета уменьшаются. Воспринимается только передняя поверхность находящегося перед наблюдателем предмета, непрозрачные поверхности не дают возможности воспринять находящиеся за ними другие предметы. Дело здесь не в специфическом устройстве органов зрительного анализатора — таково устройство визуальной функции; строение органов зрения лишь отражает его.

Простейший пример из практики управления перцептивными средами: при наложении друг на друга цветовых кругов одинакового размера за счет сведения или разведения глазных яблок воспринимается лишь одна поверхность или одного цвета, или смешанного, или со сложной структурой. Это всегда одна, а не две воспринимаемые поверхности. Увидеть одновременно оба кружочка — задача гораздо более серьезная, чем разделить кружок на две разные цветовые половинки, хотя с нейрофизиологической точки зрения это вполне соизмеримые по своей сложности задачи. Такое устройство визуальной функции проистекает из специфики первичного визуального переживания, предшествующего визуальным формам — из не-формы АПЗ.

Иначе устроено соматическое пространство. Здесь нет перспективных искажений и отдельные констелляции ощущений не накладываются друг на друга. Нет отношений «между». Трехмерность этого пространства не так очевидна и не столь ясно выражена, как трехмерность как в визуальном пространстве. Из отдельных ощущений не складываются сложные целостные фигуры. Зато есть восприятие не только поверхностей, но внутренности соматических объектов.

Аудиальное пространство вообще редуцировано — звуки располагаются во времени, и единственным феноменом, сопоставимым с пространственным переживанием, является формирование звуковых фигур, расположенных во времени.

Пространство внимания, в котором расположены объекты, построенные из субстанции внимания, имеет собственную организацию. Тела внимания и не-формы сохраняют свою тождественность при различных манипуляциях с ними. Вращение асимметричных ЛОВ и их перемещение в пространстве не вызывают свойственных визуальному восприятию деформаций, поворот АПЗ никогда не приводит к визуальному образу торца плоскости, объемное внимание охватывает объект со всех сторон, внимание внутри ЛОВ континуально и т.д. Выполняя операции, допустимые в пространстве внимания, но невозможные в визуальном пространстве, практикующий производит разделение пространства внимания и визуального пространства.

Если ставится задача развития внимания как особой модальности, эти особенности пространства внимания не следует сдерживать. Наоборот, их следует тщательно выявлять и культивировать. При развертывании на основе внимания других функций выбираются те качества внимания, которые станут основой нового функционального пространства; прочие остаются латентными и неразвернутыми.

8.11. Операции «с тем, чего нет»

Операции с не-восприятиями и особенно результаты таких операций внятно описать гораздо труднее, чем операции с не-формами и их производными. Когда описывается не-форма, можно, помимо указания на ее генезис, сказать, что она существует и что с ней можно проводить определенные манипуляции, ведущие к появлению первых абстрактных протоформ той или иной протомодальности (ЛОВ и ТВ из пространства и АПЗ, поворот АПЗ, чистая длительность, изменение направленности или двумерность, возникающие из времени и т.д.).

В отношении не-восприятия можно сказать только, что это то, чего нет. Но это нет, это отсутствие вполне определенно - отсутствие именно зрительного или слухового восприятия, отсутствие памяти и т.д. Отсутствие, не-восприятие не следует путать с не-формами и производными от них абстрактными протоформами.

Не-форма - это первичный смысл, абстрактная протоформа - первичное проявление смысла (частичного по отношению к породившей его не-форме) в проточувственной сфере, не-восприятие - то, что существует еще до не-формы, и то, что может породить множество соответствующих ему не-форм. Так, забытое имя, которое легко вспомнится при напоминании - это абстрактная форма (промежуточная между смыслом и чувственным проявлением). То, на что проецируется это забытое имя, и то, из чего появляются воспоминания — память-как-не-форма, чистая потенция вспоминания. Не-памятъ — то, по отношению к чему эта потенция существует.

Если по отношению к не-формам можно применить операцию дифференцировки, запустить дифференцирующий процесс, ведущий к появлению абстрактных протоформ соответствующей модальности, а затем и модальных форм, то по отношению к не-восприятию допустима только операция порождения не-форм. Но для осуществления этой операции необходимо пробуждение творящей воли, которая обретает очищенную от обусловленности свободу только в момент остановки сознания.